Язык чар

 – Я узнавала новое, то, чего не знала раньше. Здесь все по-другому. Правда.

Теперь уже рассмеялась Аманда.

– По-другому? В Пендлфорде? Вот уж нет.

Гвен бросила на нее предостерегающий взгляд.

– Что ж, полагаю, дорогу домой найдешь сама, – сердито бросила Лили. – Оставляю с миром.

Гвен проводила ее взглядом – прямая, как стена, спина, неподвижная, словно шлем, копна подкрашенных волос.

– Черт, – проворчала она под нос. Умеешь ты, Гвен, любезничать с соседями.

– Думаешь заняться ремонтом? – словно ничего не заметив, спросила Аманда.

 – У меня есть на примете отличный строитель, если вдруг понадобится. – На секунду она как будто смутилась. – Вообще-то это мой муж, но он и впрямь очень хорош.

– Не сомневаюсь.

– Спроси кого хочешь.

– Вообще-то, я не планирую…

– Он и рекомендации может представить. Письменные.

– Я только-только въехала и еще не решила, что буду делать и…

– В этих местах репутация – самое главное, так что на местных можешь рассчитывать.

Гвен сдалась.

– Хорошо, буду иметь в виду. Спасибо.

– Ладно, я, пожалуй, пойду. – Аманда наклонилась за пакетами.

– Я тоже. Мне туда… – Гвен махнула рукой в общем направлении вперед. – Перекушу да подожду, пока почта откроется.

– Его до часа не будет.

– Ладно. Спасибо.

– Хочешь совет? – Аманда наклонилась к ней. – Держись подальше от «Красного льва».

– Плохо готовят?

Аманда фыркнула.

– Чертовски недружелюбный персонал.

Некоторое время Гвен смотрела вслед внушительной фигуре Аманды, уходящей вверх по петляющей улице, потом решительно повернула в направлении паба.

Недружелюбный – это то, что надо. С привидениями она как-нибудь управится – лишь бы живые не трогали ее в ближайшие полчаса.

Завтрак пахаря, полпинты лагера и газета – разделавшись со всем этим, Гвен почувствовала, что ее отношение к городу меняется к лучшему. Паб оказался одним из тех мест, которые ей нравились. Традиционный декор включал несколько старых фотографий, конскую сбрую на стене, поцарапанные деревянные столы и скамейки и открытый огонь в передней комнате.

Гвен понравился даже немногословный, грубоватый бармен и ненавязчивый сервис, и вообще в пабе ей было комфортнее, чем где-либо еще в Пендлфорде. Здесь ощущались простота и искренность, в некотором смысле отражавшие и ее собственную жизнь.

Оставив на стойке тарелку и стакан, она направилась к выходу, удостоившись по пути намека на улыбку от угрюмого бармена.