Вот так соседка

А еще хорошо жить с тем, кто не хочет от тебя ничего взамен.

Ого, это глубокая мысль и снова не мое дело. А как хочется еще порасспросить его!

Прежде чем я придумала, что ответить, он сказал:

– Раз уж мы говорим о животных и их дьявольских планах. Есть еще кое-что, что ты должна знать о Пиджин: она любит обувь. Под любовью я имею в виду, что она жует ее, разгрызая на маленькие кусочки, пока обувь вообще не перестанет быть похожей на обувь. Так что держи шкаф всегда закрытым.

– Ясно. Она придет жевать мне не лицо, а туфли.

 – У нас с Пиджин намечается конфликт, если она сжует мою обувь. Мне пришлось распродать большую часть своих сумок и туфель. Обувь, которую я носила сейчас, была недорогая, и я не была эмоционально привязана к ней, но у меня не было больше денег, чтобы купить себе еще недорогой обуви.

Он провел меня в гостиную, где стояла огромная собачья лежанка.

– Пидж странно себя ведет, когда ей пора спать. Иногда она хочет спать в одной постели со мной, иногда предпочитает спать здесь, в этой кровати.

Пожалуй, когда я уеду, она будет спать на этом месте. Но… – Он нагнулся и поднял пару игрушек в форме голубей. – У нее есть вот это. Игрушки из приюта. Поэтому я и назвал ее Пиджин – Голубок. Без них она не может. Я купил ей плющевого голубя, и она спит с ним каждую ночь. Еще надо укрывать ее любимым одеялом.

Я не могла скрыть улыбки от того, как мило все это было.

– Знаю, знаю, – сказал он с улыбкой, – я балую ее.

– Совсем немного. И думаю, меня тоже в детстве баловали.

– Если я люблю, то это не бывает вполсилы.

Мое сердце больно сжалось. Никогда никто не любил меня так, как этот мальчик любил свою собаку.

Я прокашлялась. На мое удивление в горле был ком.

– Думаю, все поняла. Не беспокойся ни о чем. Все под контролем.

Я отодвинулась от него, но он ласково взял меня за плечо, чтобы задержать.

Его прикосновение отдалось во всем теле.

– Подожди секундочку. Мы должны обменяться номерами. Просто на случай, если тебе понадобится со мной связаться.

– Верно. Отличная идея. – Я протянула ему телефон, надеясь, что он не заметит дрожь в моих руках. Я пыталась успокоить внутреннюю четырнадцатилетнюю девочку, которая бы запрыгала от мысли, что получила его номер. Что было глупо, ведь я уже даже жила в его квартире.

Он позвонил с моего телефона на свой и, когда звонок прошел, вернул телефон мне. Когда я добавляла его в список контактов, пыталась удержаться, чтобы не написать «Красавчик Тайлер». Просто не стоило.