Вот так соседка

Еще пару месяцев назад меня это жилище никак не впечатлило бы. Подумала бы, что оно просто милое и уютное. Сейчас оно показалось мне дворцом. Из окон просторной квартиры открывался умопомрачительный вид на вечерний город. Я уже представляла, как пью утренний кофе на широком балконе, встречая рассвет нового дня. Я повернулась, чтобы осмотреть кухню. Она была обустроена по последнему слову техники, и было видно, что используется по назначению довольно часто. Из раковины глядела гора немытой посуды; приборы разбросаны там и сям.

Хозяин явно не являлся фанатом чистоты.

Воодушевляло, что здесь определенно не было тараканов или привидений. Квартира, несомненно, лидировала среди остальных.

– Что думаешь? – спросила Фредерика, когда консьерж оставил нас наедине.

– Здорово!

– Пойдем смотреть остальные комнаты! – сказала она.

В комнате для гостей стояла огромная двуспальная кровать. Я присела и попрыгала на ней, проверяя мягкость. У Шей в комнате кушетка была пожестче.

Комната была отделана в спокойной серо-голубой гамме.

Мне она понравилась. Тетя что-то вещала о премиальном паркете и итальянском мраморе, а я тем временем зашла в гардеробную. И почти прослезилась от перспективы не складывать больше вещи по чемоданам!

В этот момент я поняла, что сделаю все, что от меня потребуется, чтобы жить у Тайлера. Уход за собакой? Да я просто Доктор Дулиттл! Уборка? Я стану… Мари Кондо? Нет, книжка у нее не совсем об этом. Мэри Поппинс? Она специалист по детям.

Марта Стюарт? Главная по развлечениям…

Наконец вспомнила: Мистер Пропер! Я буду и Пропер, и Дулиттл в одном лице, идеальная во всем, что делаю.

– Разве это не чудесно? – спросила Фредерика, заметив по моей широкой улыбке, как я уже впечатлена.

– Я хочу тут жить. Обожаю это место!

Мы услышали, как хлопнула дверь лифта и мужской голос сказал:

– Пидж, я пришел! Где ты, девочка?

Это был Тайлер. Его голос был так же приятен, как и он сам. Глубокий грудной тембр, от которого веяло мужественностью.

У меня пошли по коже мурашки. По паркету застучали собачьи лапки, и я мельком увидела рыжую собачку, прибежавшую встретить хозяина. Как хотелось бы мне оказаться на ее месте, встать и побежать ему навстречу, быть заключенной в его объятия.

Фредерика взяла меня за руку:

– Идем же, и я вас познакомлю.

Волнение, сравнимое с этим, я ощущала только однажды, перед самым первым уроком, который мне предстояло провести.