Властелины Сущего. Часть 1

– Чечня? – спросил Вова с пониманием, так как сам прошёл через неё во время первого года службы.

– Она самая! – скривился Лёха, – Комиссовали по ранению и контузии.

– И с таким диагнозом взяли на пороховой завод?! – возмутился Вова.

– Ну, не просто так, а по блату, – усмехнулся Лёха, – Есть там в начальстве кое-какие дальние родственники. Протащили на работу, где не надо прикладывать силу.

– И где был в Чечне? – спросил Вова.

– Много где, – уклончиво ответил Лёха.

– Не боись, мы – не шпионы, – ответил Вова, – Я сам побывал в Чечне.

Был там с октября 94-го по март 95-го. Был под Гудермесом в составе ВВ МВД. Сводный полк Поволжья…

– Э! – возмутился Лёха, – Вообще-то мы давали расписку о том, чтобы не рассказывать о той службе!

– Можешь ту расписку, если найдёшь, засунуть себе в жопу! – ответил Вова, – Как понимаю, нас похитили инопланетяне.

– Ну, много где побывал, – ответил Лёха под нашим вопросительным взглядом, – Ранение и контузия – под Бамутом. Ранения – не такие и серьёзные: чуть осколками посекло.

Лишь три едва поцарапали и один пробил ногу. Три месяца госпиталей – и комиссовали.

– Меня тоже из-под Гудермеса отправили в госпиталь, но не комиссовали – отправили проходить службу в колонию – я в Чечне всего лишь загнил, – ответил Вова, – Правда, загнил так, что, по словам врачей, ещё б недельку – остался бы без ног ниже колен. Семь месяцев прослужил в Ижевске на вышке.

– А зовут как? – спросил Лёха.

– Владимир Бутов, – представился Вова, – Можно просто Вова.

Дембельнулся в декабре 95-го. После армии потыкался в поисках работы и приткнулся в колонию в Перми. Сперва жил у армейского друга, а сейчас снимаю комнату в коммуналке в том же Закамске. Родом – оттуда же, откуда Серый… Блин, едва ли стоит тебе объяснять, откуда мы! Сейчас это такая дыра, что просто нет слов – только мат и слюни!

– Серёга Ковшов, – представился я, – Безработный, в армии не служил. Врачи нашли какую-то опухоль в голове, которую наши врачи не берутся оперировать, а платно – нет денег.

Да и не факт, что выживу после той операции – могу и идиотом стать. В последний год спиваюсь. Достало уже всё!..

– Кого этот развал Союза не достал! – проворчал Лёха.

Я и Лёха встали и разделись. Ложе оказалось каким-то странным: на вид – едва ли толще пяти сантиметров, однако при нажатии было словно поролоновым. Когда садишься или ложишься на него, то оно прогибалось под нами так, словно под нами был поролон толщиной не меньше двадцати сантиметров.