Спаси меня

Это они уже проходили. Несколько раз.

– Значит, в Нью-Йорке никто не состоит в отношениях? Хм… странно, – покачал головой Роланд, не меняя бесстрастного выражения лица. – Напомните мне, почему Довинда швырнула в вас туфлей.

Уилл шагнул прямо в расставленный капкан.

– Потому что хотела перейти к более серьезным отношениям, а мне казалось, мы оба понимаем: хотя нам нравится бывать вместе и… да, заниматься сексом, это ни к чему не обязывает.

– Повторяющаяся схема отношений с женщинами, – сказал Роланд, записывая что-то в блокнот.

– Еще раз объясняю, мы не состояли в отношениях.

Много чего видели и слышали стены этого кабинета. Каждый четверг с 18:00 до 18:50 вечера Уилл смотрел в лицо горькой правде, выкапывал давно похороненные секреты, озвучивал вещи, о которых боялся говорить даже с самим собой. Боль, уязвленные чувства, даже слезы… А теперь выяснилось, что самое трудное – расстаться с Роландом.

К тому же психиатр ошибался. Неспособность создавать глубокие эмоциональные связи не имела ничего общего с определяющим моментом, который привел Уилла в кабинет психотерапевта.

Он лежал на каталке в отделении неотложной помощи Пресвитерианской больницы, думая, что у него сердечный приступ. Уилл прожил в Нью-Йорке больше пяти лет, но ему некому было даже позвонить. Хотя не в этом дело. А в том, что, несмотря на блестящую карьеру, шикарную квартиру в Трайбеке, солидный счет в банке, новейшую технику и дорогие брендовые кроссовки, его мучила острая, невыносимая боль в груди.

Динамичного, успешного, целеустремленного человека, которым он стал, больше не было. Он вновь чувствовал себя перепуганным, слабым двенадцатилетним мальчиком…

Роланд кашлянул, и Уилл вернулся в настоящее, которое нравилось ему гораздо больше, чем недавнее прошлое.

– За этот год вы преодолели сложные личные обстоятельства и вернулись к своей семье, а значит, вы способны создавать эмоциональные связи и нуждаетесь в них, хотя утверждали обратное. А сейчас я хочу, чтобы вы, не задумываясь, назвали хоть кого-то, кроме своих родных, с кем когда-либо чувствовали глубокую эмоциональную связь, – неожиданно потребовал Роланд, и Уилла охватила паника.

 – С кем вы не боялись быть уязвимым. Кого любили безоговорочно.

Несмотря на то что он не знал таких людей, ответ пришел мгновенно.

– Матли, – быстро сказал он. – Собаки ведь тоже считаются?

При воспоминании о собаке, которая была у него в детстве, лицо Уилла озарила улыбка.