Влада. Бал Темнейшего

– В этой дыре хоть один утюг есть? – Диня носился по квартире, заглядывая во все углы, пока не нашел утюг в кладовке и не провозгласил на всю квартиру: – Огнева, я в твою сумку его положу, в Питере пригодится…

– Зачем он тебе? – удивилась Влада, глядя, как домовой пытается запихать утюг в ее дорожную сумку, выкидывая из нее вещи.

– Одежду гладить буду, – Диня заморгал глазками. – Я ведь тоже попадаю в твою свиту автоматически.

– Не автоматически, – Влада извлекла утюг из своей сумки, возвращая туда выброшенные вещи.

 – Я тебя не приглашала, только Ацкого, и то из-за форсмажора. Ты же в жизни свои шмотки не гладил, чего вдруг?

– Огнева, у тебя один друг, как ты не поймешь, – Диня, вытаращив глаза, приложил утюг к сердцу. – Один друг, который всегда на страже твоих интересов! Мало ли, по лбу кому-то дать за любимую хозяйку?!

– Вот спасибо, – Владе стало смешно. – Твоя защита так же могуча, как и бескорыстна дружба…

– А что, у тебя есть другие предложения бескорыстной дружбы? – парировал домовой.

Согласен, я положу утюг в свой чемодан. Но вот проблемы за тебя кто решать будет?! Вот, например, первый вопрос – во что одеть голого валькера. А я знаю, как это решить! Ну что, не нужен тебе домовой?..

* * *

Через полчаса торжествующий Диня и завернутый в занавеску Ацкий сидели на крыльце и ждали, пока Влада попрощается с Марой.

Неожиданно для всех, да и для самой себя, кикимора вдруг расплакалась:

– Я должна была заботиться о тебе, но совершенно не умею, не справляюсь! – судорожно всхлипывала Мара, без конца поправляя воротник куртки Влады.

 – Вандера нет, я так растерянна… Может быть, мне надо что-то тебе сказать? Ведь я пыталась помогать тебе, как умею! Ты будешь приезжать в гости?

– Мара, не надо плакать, не надо, – Влада наскоро поцеловала ее в щеку. – Ты целых полгода меня терпела, а я понимаю, что это значит для кикиморы. Ни в чем ты не виновата – ни передо мной, ни перед дедом! Живи спокойно. Мы обязательно будем ездить друг к другу в гости!

– Да… ты взрослеешь.

Такая большая, скоро шестнадцать! – совсем расклеилась Мара. – Вандер одобрил бы все это, или же нет? Я даже не знаю. Я собрала еды всем вам, вот, в пакетах…

Кикимора кинулась шуршать свертками, а Влада, глядя, как у нее трясутся ухоженные, аккуратно наманикюренные пальчики, смутилась. Все-таки таким легкомысленным существам как кикиморы тяжело переносить любой трудный разговор, потерю или расставание.