Влада. Перекресток смерти

– Это Янчес за тебя попросил, а то бы упекли в Темный Департамент разбираться!

– Хоть бы спасибо сказал! – возмущенно добавила Дрина.

– С-спасибо, огромное спасибо непонятно за что! – взвился Ацкий, ощущая на себе когти кикиморы. – Да чего вы вцепились-то?

– Дим, не нарывайся, пожалуйста. – Эля на секунду остановилась, прикоснувшись ноготком к крылу валькера. – Вампиры совсем озверели после сорванного бала. Поиск Огневой взяли на себя, никого не подпускают к этому. Сами хотят ее найти, первые, понимаешь? Муранов вообще дома с самого бала не ночует.

– Все, замолчите, и так тошно, – проворчал Ацкий, шагая следом за старостой Валькируса.

После начала войны Носферон помрачнел. Стены покрывали царапины от когтей и лап вампирских подконтров – теперь армии нежити проносились прямо через вестибюль, не щадя когда-то роскошной мраморной отделки. Охранный домовой Буян Бухтоярович охрип от воплей и предсказаний еще недели две назад и теперь молча прохаживался вдоль вешалок в гардеробе, воинственно вращая глазками.

Со стороны далекого спортзала доносились топот и крики: тренировка у вампиров шла полным ходом.

– Удар слева! Справа! – бесновался декан вампиров. – Подконтров в бой! Альбина, тормозишь! Воронцов, спать будешь в янве, лет через сто!

– Лан, девы, пойду подремлю в раздевалке, – Ацкий уже собирался поворачивать к спортзалу, но валькирия снова вцепилась в него.

– В атриум иди, там лекцию по основам безопасности нечисти для девочек Адочка ведет! Она сказала, как только ты появишься, сразу же к ней и больше никуда!

– А на кикимороводстве меня никто не ждет?! – возмутился Ацкий.

– Ди-има-а… – грозно прошипела Эля и решительно впихнула Ацкого в двери атриума, откуда аж в коридор доносился пронзительный голос ректорши.

Ацкий с грохотом ввалился в двери, кинув «здрась-звинитеадфурьевн», и плюхнулся на галерку, игнорируя заинтересованные девичьи взгляды и перешептывания.

Из-за пазухи достал конспект, пропахший и потрепанный всеми ветрами и невзгодами валькерской жизни. В общем-то у Димки был всего один конспект на все лекции – смотря с какой стороны его перевернуть и на какой странице открыть. Образовательный пыл нужно было изобразить, найдя огрызок чего-нибудь пишущего, и валькер устроил легкую потасовку с сидящей рядом Марковой, отобрав у нее карандаш и получив за это учебником по голове.