Влада. Перекресток смерти

Этот темный ведь на вид был очень молод, не старше восемнадцати, да и голос у него совсем юный. Перед глазами пронеслись покрытые татуировками плечи и огромные черные крылья. А его длинные волосы! Раньше ей не нравились такие прически у парней, а этому так шло… Да, он искал сгинувшую Владу Огневу, но разве это так важно? «Рыжая, как солнце», – произнес он почти ласково. Или ей только так показалось, что ласково…

И теперь от этих воспоминаний, как от крохотного прекрасного островка, уносило волнами в океан сна.

Ее и вломившегося в квартиру крылатого парня навсегда разделит закон дневного права, который за ночь сотрет все из ее памяти, заставит сомневаться и подыскать всему случившемуся этой ночью разумное объяснение. Завтра в школе она расскажет подругам, как посуду в квартире ночью перебил кот, и они будут смеяться вместе.

Схватив с прикроватной тумбочки первое, что попалось под руку, – тетрадь по физике и карандаш, – Полина начала судорожно записывать все, что помнила.

Фразы ложились неровно, наискосок, нещадно перекрывая аккуратное домашнее задание по формулам Кеплера.

Уже проваливаясь в сон, кривыми печатными буквами Полина вывела: «Дневное право – нет!!! Я – вспомню!!!»

А потом тетрадь с шелестом упала на пол и в комнате наступила тишина.

Глава 2

Плохая ночь у валькера

Мясо из украденного борща на морозе казалось невероятно вкусным. Димка Ацкий, обнимая кастрюлю одной рукой, выуживал куски говядины из обжигающей похлебки, чавкал, облизывая пальцы и роняя горячие кольца лука в выстуженную декабрьским ветром темень.

Крыши Садовой улицы мелькали под ногами, валькер несся над ними в режиме прыжкового полета, когда каждый дом обязательно нужно было отметить босыми пятками, услышав гулкий удар по железной кровле.

На душе у Димки сейчас было крайне паршиво. В Темном Универе он появлялся в последнее время редко, пропускал тренировки и боевые дежурства, да и спал плохо.

В тайном мире было неспокойно, и виновником всего этого дружно считали одно-единственное существо.

Владу Огневу проклинали и ненавидели все. Домовые утверждали, что именно ее упоминали в своих предсказаниях как главное зло тайного мира; ее имя звучало в каждой зловоротне как синоним беды, став нарицательным за те две недели, что прошли после ее побега.

Димка старательно пропускал мимо ушей эти разговоры, убеждая себя в одном: ненавидят Владу потому, что не понимают.