Влада. Время Теней

Потом засиял фосфоресцирующим светом зеленый туман, который пополз, хватаясь за траву.

– Ведьма, ты пожалеешь об этом!!!

– Бертилов, не смей!..

– Окружайте ее!

– Ребята, успокойтесь… Это же наша Дашка, она не враг нам!

Последний выкрик принадлежал Алексу. Вампиры дернулись, и земля под их ногами начала вставать горбом, будто под ней заворочались вурдалаки величиной с дом.

Темнота задергалась, заметалась: полетели мелкие деревца, мусор, пыль…

По застывшему лицу Верховной ведьмы было видно, что происходящее ошарашило ее не меньше, чем вампиров.

Дарья Романовна так и замерла в оцепенении, глядя, как рушится все вокруг, пока волна зеленого тумана не плеснулась на нее. Ведьма коротко вскрикнула и тут же умолкла, закрыв лицо ладонями.

Дальше был бег – и бежали все, включая Алекса, который тащил ведьму на плечах.

Костры огневиков в вампирском лагере разметались, исчезли – повсюду темень да земной стон, комья грязи со вставших на дыбы полей летели непрерывной канонадой.

– Дрянная ведьма! – Братья Готти, увидав, как корежатся бортами машины вампирских собратьев, свистнули, подзывая нежить, и воронье возникло прямо из пустоты, вырвав из янва облако серной пыли.

Спасти своих железных коней удалось не всем: почти половину байков размололо в жерновах, будто земля нарочно жевала челюстями и выплевывала уже бесформенную груду железа за границы Пестроглазово. Парни взвыли, осознав, что их драгоценные байки и джипы превращаются в месиво, и на какое-то время потеряли из виду и ведьму, и Бертилова.

Черная магия бесновалась и крушила Пестроглазово, а за пределами поселения темных царила тишина.

Вампир с ношей на руках выскочил из ревущего облака пыли и, увидав спокойно стоящий возле указателя «Пестроглазово» красный автомобиль, ринулся к нему. Через пару секунд ведьма оказалась в своем «Ягуаре», куда втолкнул ее Алекс, который занял место водителя.

Машина едва успела сорваться с места, когда из-за пределов поселения темных вырвалась волна зеленого тумана.

– Как ты это сделала?! – рявкнул Алекс, однако ответа не получил.

Даша говорить не могла – мешало зеленое туманное покрывало, облепившее голову, волосы и плечи. С молчаливым остервенением, хрипя и задыхаясь, она сдирала с себя зеленые лохмотья, которые с мерзким визгом тут же липли обратно.