У каждого человека должен быть свой зонт

Петербуржцы сменили серые пальто на яркие пуховики, в больших витринах отражались их улыбки и красные носы, а окна последних этажей горели ослепительно-голубым.

Никита предложил пройтись по заледеневшим каналам и подал мне руку на скользком спуске. Я думала, что обожгусь даже сквозь перчатки, но прикосновение оказалось мягким и приятным.

– Давно не видела город с этого ракурса, – отметила я, нехотя отпустив его руку. – Чувствую себя туристом на экскурсии по рекам и каналам, разве что без теплохода.

– Точно, – кивнул он.

 – Очень уж сегодня красиво, конечно. На небе ни облачка, будто не в Петербурге.

– А мне кажется, Петербургу очень идет грозно-серое небо. Знаешь, такая погода, когда вот-вот начнется ливень, но пока проглядывает солнце, а здания выглядят особенно ярко.

– Ну нет, лучше без ливня. Разве здания не выглядят такими же яркими при голубом небе?

– Да, но совсем по-другому. Перед дождем получается больший контраст, больше ценишь этот момент… Да и сам дождь я обожаю.

– А я нет.

Только если смотреть на него из окна, находясь в тепле и уюте.

– И поэтому ты переехал именно в Петербург? – усмехнулась я.

– Не поэтому. И я здесь не навсегда.

– Да, ты говорил.

Поднимаясь вверх, на набережную, Никита снова подал мне руку. На этот раз я взялась крепче и увереннее.

– Смотри, я кое-что придумал, – достал он телефон. – Мы сделаем фотографию в фотографии. Очень мне нравятся эти дома напротив.

– Давай. Что мне делать?

– Открой камеру и держи телефон под углом, а я сниму все это прямо.

– Так?

– Нет, – подошел он совсем близко и поправил положение моей руки. – Наклони чуть больше.

Желтый, красный, зеленый. Теперь три этих дома всегда будут напоминать мне о моменте, когда я целую минуту слушала его дыхание на расстоянии пятнадцати сантиметров. Увлеченный фотографией, он сломал все мои барьеры, недопонимания и страхи. Кадр получился не совсем таким, как он хотел, но я не расстроилась.

Мы пришли в кафе, которое выбрал он. Мрачный интерьер, огромные деревянные столы, рассчитанные на большие компании, «домашняя» кухня и подозрительно низкие цены.

Пролистнув непривлекательное меню два раза, я решила довериться его вкусу.

– Какой у вас суп дня? – спросил Никита подошедшую официантку.

– Харчо.

– Будем? – поднял он на меня глаза.

– Да, почему бы и нет?

– И, наверное, еще пиццу возьмем. Вот эту, – показал он девушке.

– Отлично. Из напитков что-нибудь?

– Кофе? – предложил Никита.