У каждого человека должен быть свой зонт

Буду по привычке искать Никиту в толпе, слушать душераздирающие песни, прокручивать в голове наш последний разговор, а теперь еще и осуждать себя за необоснованную грубость…

На экране всплыло неожиданное имя. Я быстро открыла сообщение и задумалась на пару секунд. Дальше – только истерический смех.

– Что? – не могла не спросить Дина. – Кто это?

Я засмеялась громче. Не в силах контролировать эмоции, я начала визжать, кричать и махать руками. Люди за соседним столиком, должно быть, подумали, что я выиграла пять миллионов или получила предложение руки и сердца от принца.

– Да что там такое?!

Успокоиться и заговорить по-прежнему было сложно. Меня разрывало от радости и облегчения: я чувствовала, как с души падает огромный груз, мешавший мне смеяться непозволительно долго.

– Федя, что ли?

– Да! – наконец призналась я. – Только сейчас поняла, насколько мне этого не хватало!

– Вот это новости! Что написал?

– Новое прочтение нашей давней шутки, долго объяснять.

– Да уж, ваши шутки – это что-то! Значит, вы снова общаетесь?

– Получается, что да, – засияла я.

 – Забавно, конечно, как они с Никитой появляются по очереди.

– С Федей ты явно живее и веселее.

– Потому что это просто дружба, – напомнила я.

– Ну да, конечно, – улыбнулась Дина. – Сияешь сейчас именно по-дружески.

– В том-то и дело, что да!

Я не хотела ничего доказывать и анализировать. Ко мне вернулся близкий друг, который всегда мной дорожил, и этого было достаточно, чтобы снова почувствовать равновесие в этом городе.

Проводив Дину до метро, я еще раз открыла сообщения. Моя реакция на шутку была прочитана более часа назад, но ответа так и не последовало.

«А давай встретимся?» – набрала я, но тут же стерла.

«А давай встретимся?» – набрала я во второй раз.

Теплый июльский вечер подходил к концу. Я справилась. Прожила еще один день «новой жизни» без Никиты, выпила отличный кофе с подругой и смогла звонко рассмеяться впервые за долгое время.

Мне было легко и тревожно одновременно. За громким смехом непременно польются слезы – предсказуемо, но страшно. Всю путаницу в моей голове мог понять только один человек.

Я отправила напечатанное сообщение.

«Давай! Сегодня?» – в ту же минуту ответил Федя.

«Сегодня поздновато. Давай на следующей неделе?»

«А ты уже дома, что ли?»

«Ну, я на Невском, но уже собиралась домой».

«Давай на „Чкаловскую“!»

Все произошло быстрее, чем я предполагала.