Любимый паж Его Величества или Как достать дракона?

Ой, больно… Зато ощутимо! Что обозначает только одно… Где бы я сейчас не находилась, я совершенно определенно жива! Таки позитивное мышление сработало!

Великан стягивает с себя камзол, и швыряет мне. А затем… даже толком понять не успеваю, что происходит, когда громила щелкает пальцами, и на него прямиком из неба словно тропический ливень проливается.

Ладно, вариант с прошлым отсекается. Что-то я не припомню из учебников по истории, чтобы наши предки подобное проделывали.

Ух ты… Так это же получается, он еще и какой-то магический, мир этот? Может и лед на болоте его рук дело?

Невольно улыбаюсь, поднимаясь на ноги и наблюдая, как мой хамовитый друг наслаждается небесной протечкой.

Вот бы и мне. Протягиваю руку к каплям и тут же одергиваю:

– Ледяная же! – отскакиваю подальше. – Эй, воспаление легких, не, не слышал?

– Чего?

Точно, может у них тут и не знают ни о каких воспалениях? А это значит, что и моя тут глядишь не сможет меня добить! Юху!

– Болезнь? – накидываю я, в надежде, что он меня поймет.

– Мне не страшны никакие хвори, – отмахивается.

– Ага, видали, – киваю я. – Кто-то не боле часа назад лежал полумертвый, испугавшись обычной ручки.

– Это артефакт! – исправляет меня мужчина. – Если бы я только знал, что он способен причинить мне вред, то не провалялся бы с четверть столетия в склепе.

– А, значит, насчет ручки ты не знал…

– Гхррр! Артефакт!

– А насчет воспаления легких думаешь, знаешь? Никто о нем толком не знает, покуда на себе не испытает.

Так что ты бы с этим делом поосторожнее был, – киваю на окруживший великана дождь. – Ну, или хотя бы нагрел сначала, раз уж такой всесильный…

Затыкаюсь, когда небесный душ вдруг заканчивается, а в руках у моего озлобленного друга материализуется кусок льда, что по своей форме все больше напоминает тесак мясника.

– Да ладно, вам, уважаемый, – ропщу, – я ведь из благих намерений…

Великан заносит тесак у себя над головой, и я жмурюсь, в ужасе втягивая голову в плечи.

Долгие секунды, плавно перерастающие в минуты, стою с закрытыми глазами, раздумывая, попала ли я снова в другой мир, или все же это была одноразовая акция для смертельно больных.

Приоткрываю один глаз и на минуту теряюсь.

Вместо бродяги передо мной теперь стоит вполне себе сносной ухоженности мужчина, с очевидно отрубленной ледяным тесаком бородой и прочей излишней растительностью.