Любимый паж Его Величества или Как достать дракона?

– Вот как, – вздыхает. – А я значит, по их мнению, лжец.

Гляжу на него, пока он молча пялится в туман. Взгляд задумчивый такой. И будто бы болезненный. Потирает свою бороду, словно раздумывая о чем-то серьезном, и…

– Дьявол! – рявкает. – А с губой-то что?

Упс. Втягиваю голову в плечи.

– Ук-кусил-ся, – бормочу.

– Чего? – опять хмурится на меня.

– Говорю, прикусил, наверное, когда падал, – пожимаю я плечами и спешу отвернуться на другой бок, пока ему снова не приспичило пообщаться «за жизнь».

Глава 15. Голод не тетка

И лежу я значит на белоснежном песчаном пляже. Солнце палит в глаза, едва не ослепляя, а вдалеке слышится шум прибоя. Мечта!

В руке у меня такое красивое пестрое мороженько, будто сошедшее с иллюстраций к детским книжкам.

Боже, как есть-то хочется! А оно еще как назло, тааак аппетитно выглядит.

Не задумываясь вгрызаюсь зубами в розовый шарик, который на пробу оказывается каким-то подозрительно упругим, несмотря на то, что выглядел вполне подтаявшим на солнце.

Да еще и слишком большим, чтобы влезть мне в рот целиком, может хоть рассосать его получилось бы.

Прикладываю еще немного усилий. Зубы кажется, того и гляди, раскрошатся от напруги и холода. Но чертово морожко совершенно не желает поддаваться. Мало того! еще и будто норовит ускользнуть у меня изо рта. Вот зараза, я ж так из-за тебя совсем голодной останусь! Дай хоть лизну…

Открываю глаза, намереваясь разобраться с непослушным яством.

И непонимающе пялюсь перед собой, лежа на животе в сырой листве.

Так, чет я не поняла… А где мой пляж?!

Перед глазами опять лес. Туман уже начал рассеиваться. Вокруг серо, очевидно потому что солнце еще не выглянуло из-за горизонта, но очевидно вот-вот намеревается. Приснилось походу.

Однако мороженое все еще холодит губы… Эээ…

Опускаю взгляд и понимаю, нааасколько я обозналась.

Передо мной огроменная нога Морозки, вернее его мощное бедро. От шока даже не сразу додумываюсь разжать челюсти.

Однако когда догадываюсь, что это уже, пожалуй, перебор, то отваливаюсь, и отползаю в направлении все еще полыхающего за спиной пламени.

Мамочки-Верочки!

Бросаю боязливый взгляд на Морозку, и с облегчением понимаю, что соколик мой спит сном богатырским, еще и привычно мычит что-то неразборчивое, вяло отмахиваясь рукой, будто не я норовила ему отгрызть филейную часть ляжки, а назойливый комар к нему присосался.