Невинность за свободу

Подумаешь волосы? Не такую уж великую цену я заплатила, чтобы спастись от мучения на всю жизнь!

Именно эта мысль бодрила меня с тех пор, как я оказалась в этом чуждом месте с высоченными зданиями и шумными дорогами.

С удовольствием устроившись в огромной двуспальной кровати с ароматными простынями, я уже было хотела уснуть, однако мысли снова и снова возвращались к уставшему лицу мистера. То, как он покачнулся, поднявшись из кресла… Он кажется таким изможденным.

Даже когда я нашла его полуживым в джунглях, он не казался мне настолько измученным.

Под покровом непроглядной ночи, в бурлящей воде, его руки сжимали мое тело. Тогда они были наполнены какой-то невероятной согревающей силой… Губы, собирали брызги с моей кожи…

Распутница! До чего в итоге довело твоё бунтарство? Одна-одинёшенька в этом огромном мире. А мужчина, которому отдалась из-за своего безумия, считает парнем, рабом, беспризорником, пустым местом…

Зато он рядом.

За кого бы он меня не принимал, какого бы мнения обо мне ни был, покуда мистер жив, я принадлежу только ему. Я его женщина, пусть даже он этого не знает.

Я должна быть благодарна за то, что он спас меня от уготовленной участи…

Часы в зале пробили одиннадцать раз, когда Эйден, наконец, спустился на завтрак.

– Доброе утро, господин! – на весь дом раздался голос электронного помощника, и в ту же секунду из кухни послышался грохот.

Мужчина, едва продрав глаза, поспешил на звук и замер в проходе.

На полу огрызки фарфора, привезённые Эйденом пару сотен лет назад из Китая. А рядом лужа, очевидно некогда бывшая его утренним чаем. Но не это привлекло его внимание, а невесомая фигурка, в панике метавшаяся по кухне.

– Веник… – пища тоненьким испуганным голоском, парнишка хаотично заглядывал во всевозможные ящики и полки. – Веник… ну где же…

Видимо оставив поиски, он опустился на колени и принялся собирать осколки дрожащими руками.

– Так и знал, что от тебя будут одни проблемы, – пробормотал Эйден, а парень вздрогнул, и пряча остатки драгоценного фарфора, завёл руки за спину, будто пытаясь скрыть своё преступление. – Чего уставился? – мужчина чувствовал, как в нем закипает гнев.

Но ни разбитая посудина, коих в доме было предостаточно, ни отсутствие привычного утреннего чая не было тому причиной.