Покровитель для ангела

 – Не-то у нас точно пропадет заинтересованность в Источнике.

– Я все еще не понимаю, зачем он нам вообще здесь. Для подпитки у нас есть Эла и Дан. Для всего остального – мы.

– Голым сексом и пресной энергией целую вечность сыт не будешь. Поверь мне.

– Считаешь, мой Источник способен раскрасить твои серые будни.

– Безусловно.

– Тогда я сделаю это для тебя…

Глава 3. Пара нормальных, но слегка безумных

АНГЕЛ

Резко сажусь в кровати, словно из-под толщи воды выныривая. Непонимающе оглядываюсь по сторонам.

Моя келья. Все по-прежнему. Значит сон…

Однако спину саднит от свежих ран. Откидываю одеяло и смотрю на свои разодранные ноги. Не сон.

Но сколько из того, что я помню, было правдой?

Медведь? Серьезно? На ручках отнес? Ну, это уж вряд ли.

Да и ноги почему-то чистые. Сорочка целая, хотя я точно помню, как порвала ее в лесу. Значит все же сон?

Вздрагиваю, когда в дверь гулко стучат.

– Ангелина! – слышу голос матушки. – Поторопись привести себя в порядок и выходи.

Сердце замирает на мгновение. А затем начинает тарабанить в горле. Пытаюсь его проглотить и бросаю нервный взгляд на малюсенькое окошко.

Поздно. Мне не сбежать.

Значит, время пришло. Это конец. Конец моей жизни, которую я еще толком начать не успела.

Поднимаюсь с кровати и ныряю в черный подрясник, что скрывает изголодавшуюся по солнечному свету кожу от посторонних глаз. Словно мумия упаковываюсь в свой примятый наряд, оставляя на обозрение лишь часть лица: от глаз до подбородка.

И даже эта толика, необремененной плотной тканью кожи, все чаще обращена к земле.

Опускаю покаянный взгляд в пол и открываю дверь. Если моя ночная вылазка была реальной и матушка о ней знает, то мне несдобровать.

– Свое наказание ты получишь. Позже, – угрожающе выговаривает она. – А сейчас за мной!

Я так и знала. Она в курсе.

Ей не привыкать находить меня грязную и избитую у ворот. Мама никогда не оставляет следов в таких ситуациях. Просто выбрасывает из машины и уезжает, зная, что я уже не в состоянии бежать, покуда меня не обнаружат монахини.

Отмоют, переоденут, позволят выспаться даже, что в этих краях редкость. А затем придумают свое наказание.

Твердой поступью матушка шагает по коридору. И я за ней. Стараясь не думать об уготованной мне казни, завороженно наблюдаю, как развивается черная ткань ее длинной юбки.

Поднимаю глаза только когда мы оказываемся перед массивной дверью, ведущей в библиотеку.