Пленница чудовища

Поэтому, отбросив на время бунтарские фантазии, я накинулась на еду и теперь с удовольствием поглощала креветочный суп вприкуску с огромным стейком, заедая уже третьим по счёту тостом.

Кажется, я счастлива! Если мне нужно было пройти через эти испытания и оказаться на этом чертовом корабле, чтобы наконец избавиться от ненавистного балета и вечных диет, разработанных по технологии концлагерей, то так тому и быть. На суше меня никто не ждёт. Слоун довольно доходчиво обрисовал мое «исчезновение». Все, кто меня когда-либо знал, уже побывали на моих похоронах.

Ещё родители.

Ну, тут-то не о чем волноваться. Они-то знают, что их дочь жива и… И все. Он лишь пообещал им, что я останусь жива. То, что я предпочла бы умереть, нежели терпеть издевательства ублюдка Слоуна, их не интересовало. Как всегда. Во всем. С самого рождения.

Их задачей было во что бы то ни стало рассчитаться с долгом, чтобы вернуть привычную для них жизнь.

Ради бокала вина вечером в джакузи, ради гаража, набитого неподвижным элитным транспортом, ради кубинских сигар, ради особняка недалёко от центра, ради одноразовой брендовой одежды, ради туфель, что съедает мерзкий карликовый пинчер… Черт! Ради всего этого они продали свою дочь!

К горлу подкатила тошнота.

То ли от жалости к себе, то ли от нарушенного правила «не перекармливать голодавшего». Мысли о безвыходности моего положения навалились на меня, словно груда камней. Кислый привкус во рту напрочь смел удовольствие от еды, оставляя лишь отчаяние…

***

Пирс вошёл в каюту, и обнаружил свою гостью сладко спящей в его кровати.

«Завидная беспечность. Видимо, Слоун все-таки сказал правду…»

Девушка, свернувшись калачиком, тихо посапывала, прикрывшись уголком покрывала.

– В таком случае будет невежливо… не воспользоваться «подарком», – пробормотал он, подкуривая сигарету: – Эй, балерина! – грубо крикнул он. Язык слегка заплетался. – Клиент пришёл! С этими гостями я совсем сопьюсь, – пробормотал он невнятно.

***

Весь день он провёл с навязчивым Слоуном, который рассказал ему короткую историю «чудного подарка», заверяя, что девушка здесь по собственной воле.

– Ее отец задолжал мне кругленькую сумму. И-и-и, – протянул Слоун, – устроив семейный совет, они решили, что Лизи вполне подходит в качестве уплаты долга. – Он сделал большой глоток обжигающей жидкости. – Условие ее родителей: чтобы девушка осталась жива. Поэтому вариант продать ее на органы отпал сам собой. – Он говорил привычно, буднично.