Прогулки по Луне

На нем цитата: «Все мы сидим в яме, но некоторые из нас видят оттуда звезды». Так вот, кто не был в тюрьме, тот не знает… что такое звезды.

Знакомый из соседней камеры, однажды долго смотрел в окно и сказал: «Не видел звезд на небе три года. А в тюрьме вижу».

– Что тебе запомнилось больше всего в одиночке? Передачи? Образ тюремщиков? Окна? Двери скрипят?

– Нет, не скрипят. Тишина. Такой тишины, как там, я нигде не слышал.

По громкой связи объявляют: «Ветрову пройти в комнату переговоров». Охранник открывает дверь, Ветров входит в небольшое помещение, в котором из мебели только стол и два стула.

Сейчас придет адвокат и скажет: «Добрый день. Меня зовут Арнольд Джексон. Меня зовут Володя Эткин. Меня зовут Сева Гудфишеринг…» Хорошо бы какой-нибудь Рыбак, Рыболов – Фишеринг или Фишер. Неплохо бы Сева или Володя. Во-первых, из России. Во-вторых, хороший знак, если фамилия Фишер, – я ведь страсть как люблю рыбалку.

Входит адвокат. Ни тебе здрасте, забор покрасьте, ни давайте познакомимся, как принято между людьми.

Сразу – с места в карьер.

– Мне позвонил Элон Макс и просил быть вашим адвокатом. Есть ли у вас возражения?

Речь, похоже, чисто американская – гнусавая, вместо всех «о» произносятся «а», озвучиваются все «r» после гласных. Не эмигрант – рыжий, худой, высокий американец, в моем представлении – чистокровный янки. Возражений у меня нет. Достает пачку свежих газет. «Очередной шпион из России пойман с поличным», «Шпионский скандал в Лос-Анджелесе», «Мистер Ветров, вы не гость, вы – шпион» и так далее.

– У меня к вам только два вопроса: знаете ли вы мистера Питера Свенсона? И являетесь ли вы сотрудником какой-либо организации?

– Свенсона не знаю. В данное время нигде не служу.

– Я не это имею в виду – являетесь ли вы сотрудником СВР?

– Что-что? Сотрудником российской Службы внешней разведки? Вы что, с ума сошли?

– Теперь все понятно, – говорит Джексон. Условный Джексон, не Эткин, не Гудфишеринг, будем считать, что Джексон.

Что ему понятно? Что это ему вдруг стало так все понятно?

– Объясните, что мне светит? Есть ли какая-то надежда?

– Надежда всегда есть.

Она, как известно, умирает последней.

Ветров понимает, что влип в пренеприятную историю. Русский шпион. Разворачивается громкая кампания… «Доблестная американская контрразведка раскрыла сеть русских шпионов. Они хотели получить информацию… Навредить космическим программам Америки…»

Надо бы разговорить этого несимпатичного субъекта.