Федя и божественный косарь

Райское место.

Глава 2

Но Федя передумал ехать в райцентр. Можно и в другой день, а вот сегодня лучше отдохнуть. Зачем ещё нужно воскресенье? Софья Пална всегда говорила «Фёдор, воскресенье – святой день. Нельзя работать, нужно отдыхать и ходить в церковь». Последним Федя пренебрегал. Он вообще в Бога не особо верил.

Федины отношения с Богом начинались и заканчивались у иконы в доме. Одной-единственной иконы Богородицы, оставшейся, конечно же, от Софьи Палны. Ей Федя не молился, он вообще не молился, будем уж честны.

Софьи Палны не было уже много лет. Содрала родинку, когда убиралась в доме, и вроде как пошло заражение – Федя был не особо сведущ во всех этих медицинских делах. Знал и видел только, что мать постепенно уходит.

За день до смерти она позвала Федю к себе:

– Федь, ну хватит уже пить. Ты так сопьёшься, и Катька от тебя уйдёт. А она на сносях, твой сын будет расти без тебя.

Матери не стало. Федя не будь дураком наказ её выполнял. Примерно дня два, до поминок, а потом на горизонте нарисовался Андрюха с жерделовкой – наливкой на абрикосах. Так горе переживалось легче, и жизнь сразу становилась краше.

Вот и в этот день после пива с Андрюхой Федя повеселел. Дела в райцентре отложил и решил прогуляться по деревне – читай, в магазин сходить. Может, чего подкинет Галка.

Федя вышел из кухни в коридор, распихал ногами валяющуюся там обувь и вышел во двор.

Весна…

На улице уже вовсю цвела сирень – любимые цветы Софьи Палны. Деревьев было два – с белыми и сиреневыми цветами. Одно, белое, росло вкривь и вкось, худой и постоянно мотыляемый на ветру ствол держался на честном, явно нерушимом слове. Уж сколько его срубить собирались, он всё равно стоял. Другое, сиреневое, было похоже на букет – толстые корни, пышная крона, будто кто специально её шапочкой подрезал. Феде они напоминали родителей – устойчивая Софья Пална и отец, которого жизнь знатно помотала.

– Помню, – рассказывал как-то Федя Андрею, – мать наломает веток целых ворох! В доме поставит на кухне у окна. Запах… Страсть! Весь дом за пару дней как пропахнет. Будто одеколон какой дорогой кто разбрызгал. А мать садится у него, смотрит, дышит, радуется…

Сам Федя сирень не ломал – жалко было. Пусть и говорили, что она так лучше растёт. Ему всё равно было как-то не по себе.