Герцог для королевы

Разгром в спальне царил чуть меньший – видимо, сюда веселье переместилось только под конец попойки, и как следует разгуляться благородные господа не успели. Но тут повсюду валялись оружие и доспехи. Сломанный манекен в углу наглядно показывал, откуда все это железо упало.

Пришлось ступать осторожнее,чтобы не наткнуться и не выдать себя грохотом.

Свечи в большом канделябре на столе почти догорели, и воск капал прямо на россыпь пергаментов. Чертежи, какие-то сложные схемы. Похоже на планы крепости.

В спальне еще сильнее пахло вином, разогретым металлом и почему-то корицей.

Я осторожно прошла дальше, миновала широченную устланную черными шкурами низкую кровать и наконец обнаружила ее хозяина.

Да, тот самый. Который сначала облил меня презрением под видом сочувствия, а потом еще и удивлялся ответу.

Герцог Ксандр. Ухитрившийся за пять секунд и пару слов вывернуть мне наизнанку сердце и даже этого не заподозрить.

Я застыла, засмотревшись.

Герцог спал, развалившись в широком кресле.

Голова запрокинута, черные волосы расплетены и растрепаны, белая рубашка распахнута так, что виден медальон на толстой серебряной цепочке и серебристое кольцо рядом. Грудь мерно вздымается от спокойного дыхания.

Я осторожно обошла кресло, перешагнула через вытянутые ноги герцога, стащила с кровати одну из подушек и уселась у камина. Дрова в нем уже прогорели, но камни еще оставались теплыми. В топке кружились на сквозняке легкие перышки пепла – от очередной сгоревшей книги.

Прежде чем будить эту беду, следовало окончательно определиться с тем, что и как я ему скажу.

Я прикусила губу в раздумьях, но долго рассиживаться мне не дали.

Не открывая глаз, герцог произнес медленно, словно обдумывая каждое слово:

– Крутые времена нынче настали. Как тропа к горному перевалу. Короли умирают на пороге, не исполнив супружеского долга. Королевы ночами ходят по чужим спальням. Что, крошка, ищешь того, кто доделает за короля его работу?

Я вздрогнула – голос у герцога оказался еще более хриплым, чем раньше.

Пугал и завораживал одновременно. То, что меня встретят оскорблениями – ожидаемо. Странно, что он так слабо удивлен моему приходу.

Однако его светлость отлично владеет собой. Значит, не настолько подвержен гневу, как хочет показать другим.

Впрочем, отступать было уже поздно – я в его спальне, и если сейчас не смогу найти нужные слова, то в ближайшие дни окажусь либо в храме, а потом в могиле, либо сразу на кладбище.