Королева для герцога

Непрочитанные.

И Лиера остыла, да так, что теперь не знаешь, куда бежать! Все, как заказывал, Многоликие любят шутки!

Он бережно вынес Лиеру на руках из железной темницы и почти уткнулся в Эстельяди, которую трясло то ли от злости, то ли от бешенства. Она одной рукой выкручивала ухо какому-то молодому послушнику, зеленому от ужаса, а второй колдовала нечто сложное. На каждое движение ее пальцев металл на стенах темницы стонал и крошился ржавчиной.

– Этот сын песчаной змеи говорит, что она его шантажировала, – буркнула Эстельяди, указав на королеву.

 – Заставила провести внутрь. Талдычит, что она его околдовала!

Парень взвыл и закивал:

– Прилетела на гракане, прямо в окно ломилась! Сказала, если не помогу – то сгноит в Красной башне. Приказала…

– А ты и рад стараться! – зашипела Эстельяди не хуже гадюки. – Ты помог ему сбежать. Королева… Она могла быть под заклятьем марионетки еще с того раза, когда мы пленили Векси в пещере, но ты… Какой позор! А я считала тебя одним из лучших учеников!

– Она – королева, – заскулил послушник.

 – Мне приказала королева Литавии! Я не смел ослушаться, мистресс!

– И только поэтому ты еще дышишь, дерьмо овечье! – рявкнула магичка.

– Мари, – остановил ее Ксандр, осторожно пристраивая голову Лиеры у себя на груди. – Ей нужна помощь. Потом я поговорю с этим слизняком. Не тяни его так, разорвешь на куски.

– Сначала вы поговорите со мной, регент, – отрезала Эстельяди. – Потому что мнится мне, что вы знаете куда больше, чем я думаю. А что до помощи…

Магичка выпустила послушника и дотронулась до виска королевы.

Потом провела пальцами до шеи, хмыкнула, извлекла из складок одежды волчок, приложила его к груди Лиеры и произнесла удивленно:

– Что бы с ней ни проделали – это уже закончилось. Магии нет, даже следов. Никаких. Чистый лист.

– Это плохо?

– Это невозможно. Все в нашем мире носит следы магии – она словно древесный сок течет по мировому стволу жизни и доходит до каждого листка и почки. А тут – словно столовое серебро песком начистили и вытерли.

Во всяком случае, сейчас она жива и умирать не собирается, хотя сильно истощена.

– Она придет в себя?

– Не торопите события, регент. Это магия крови. Никто не знает, какие будут последствия.

И вот он пьет отдающее горечью вино у себя в покоях, а Лиера лежит где-то в своей спальне на шелковых простынях, под надзором двух лекарей и пятерки гуардов – все такая же беспамятная и неподвижная.

Три дня.

Ксандр тяжело посмотрел на Бэзила.