Черная точка надежды

Счет пошел на мгновения – на бегу, ищейка достала арбалет и, шестым чувством поняв, что времени для удара прикладом нет, тупо ткнула передним концом в живот сектанта. Раздался глухой звук рвущихся тканей, Эбена быстро-быстро вынула оружие.

Фанатик стоит, покачиваясь перед девушкой, но сориентироваться ему не дали – по-кошачьи зашипев, Эбена бросилась к его горлу. До боли сжав зубы, она почувствовала, что поймала удачу за хвост – за едва ощутимую нить вены. Дернув, вырывая ее, девушка ощутила соленый вкус победы.

Сплюнув, Эбена рванула еще ниже – туда, где по словам охранника находится заветное хранилище.

…Если карта не врет, две комнаты отделяют ее от здания, внутри кольца которых и расположился дом-улей «Очищения». Оказывается, путешествовать по этому тряпичному домику намного проще, просто вырезая в ткани сверху нужного размера дыру, что позабавило воровку. За спиной болтается заплечный мешок, набитый ее добром, украденное фанатиками, ну и кое-что в довесок. Карта-план здания – оттуда же и, что более важно – арбалет, её арбалет, а не местный самодельный аналог.

Болты можно собрать в дороге.

Раздался крик – судя по звуку, где-то справа сектанта придавило падающей мебелью. Эбена хихикнула своим мыслям – нечего строить тряпичные дома.

Внезапно только-только зажившая нога взорвалась болью – изучающая план здания Эбена проморгала появление в комнате фанатика. Болт прошел вскользь, слегка задев, но распоров кожу до мяса. Вскрикнув, ищейка выронила карту и потянулась за ножом, но рядом с сектантом она кажется мотыльком – широкоплечий, высокий, тот может темечком достать до потолка.

Мгновенно переместившись вперед, «чистый», без замаха обрушил ее на пол пудовым кулаком. Из разбитой губы пошла кровь, ищейка задергалась, пытаясь встать и не обращать внимание на боль, но гигант, наклонившись, ударил опять. В уголках глаз Эбены выступили слезы и сознание уплыло в спасительное небытие.

***

Разлепив веки, Рафаэль почувствовал, что не может пошевелить конечностями.

Приподняв голову на ложе, маг увидел, что находится на месте того самого ходячего трупа, что лежал на хирургическом столе. Притом его ряса и полевой мундир лежат в стороне, обнажив торс волшебника. Прямо перед ним старик что-то чертит на холсте.

– Доброе, – мягко поприветствовал его мастер.

– Утро, – мрачно закончил Рафаэль.

– Как тебя зовут? Какой ты ступени?

– Рафаэль. Рафаэль Саут. Первая.

– Ты спокоен. Не боишься смерти?

– Я уже мертв.