Железный принц. Книга вторая

Тяжкое бремя ответственности опять легло на мои плечи, хотя не скрою, было очень приятно, что меня не бросили в трудную минуту. Между тем, праздник праздником, но проблема-то оставалась, и решать её надо было в ближайшее время. Я уже собирался прервать застолье, как в дом пожаловал гость, приход которого, после утренних событий, я ну никак не ожидал. На пороге стоял улыбающийся Максимильян.

– Привет честной компании! У вас что, опять застолье что ли? – поприветствовал он нас, как ни в чём не бывало.

– Проходите уважаемый ректор! Рады вас видеть в этом доме! – вежливо ответил Валерт, поскольку я от неожиданности не мог вымолвить ни слова.

– Чего ты так удивляешься Железяка? Сам же сказал «Извини, погорячился»! Вот я и пришёл, посчитав, что твоё горячительное уже выветрилось! – сказал он, как всегда не удержавшись, что бы не пошутить.

Я был безумно рад его приходу, но вспомнив утреннею встречу, покраснел от смущения. Особого стыда я не испытывал, всё-таки, пусть и в грубой форме, но выдавал-то я правду, даже по поводу денежных долгов не врал, разве что на счёт зажимания переборщил.

– Ничего не надо говорить Железяка! Всё что ты хотел сказать, я по характерному оттенку на твоём лице прочитал! – прервал моё хорошее намерение Максимильян. Хотя возможно это и к лучшему, какие извинения могут быть между друзьями, они и так всё понимают, без лишних слов.

Как выяснилось, Максимильян принёс с собой все доклады тайной канцелярии, касающиеся лесной банды, которые предоставил нам для разработки хоть какого-нибудь плана действий. Ничего особо нового он нам не дал, помимо того, что обнаружилась странность, связанная с высокой организованностью этой большой шайки, свойственной скорее военному отряду, чем банде. Попытки внедрить туда своего человека успеха не принесли.

Пробыв там около месяца, после которого его вычислили и убили, агент даже не смог установить точную численность. Успел только доложить, что она разделена на пять-шесть групп приблизительно по тридцать-сорок человек и в основном лагере постоянно находится не более трёх. Люди из одной группы не знают никого из другой. Руководят ими приближённые главаря. Кто сам главарь никто не знал, приближённые называли его лесной король, даже имени не упоминали.