Железный принц. Книга вторая

Поверь, Стэфан научил меня делать это вполне профессионально! Поняла, дура набитая, или тебя связывать надо?

Последние слова я почти прокричал, во всяком случае, в радиусе ста метров все притихли и смотрели на нас, даже гномы оставили свои лопаты и хлопали глазёнками. Ну а как иначе объяснить, что я о ней забочусь? Да никак! Только криком! Иногда с женщинами, даже с хорошими, по-другому нельзя. Поверьте на слово.

Как я и ожидал, моя «вежливая» просьба отдохнуть, вкупе с выразительной мимикой на лице, возымела своё действие, и перепуганная целительница вприпрыжку побежала в мою палатку.

– Истинному дворянину не подобает так вести себя с благородной леди! – услышал я голос за своей спиной: – Вам не мешало бы извиниться перед графиней!

Догадаться, кто был тем самоубийцей, решившим оспаривать мои действия, было не трудно. Я ещё припомню Родерику и Стэфану назначение командиром наёмного отряда этого, не признающего никакой субординации, барончика.

– Может ей ещё песенку спеть, колыбельную, чтоб спалось сладко? А, барон Марек, что скажешь? – ответил я на его реплику вопросом, принципиально не оборачиваясь.

– Не счёт песенки ничего не скажу, а вот посвятить ей высокие стихи было бы вполне уместно! Графиня, своим самоотверженным и богоугодным трудом, их явно заслужила! Любому дворянину с благородной кровью это ясно как божий день! – продолжал поучать он меня.

– В первую очередь, любому дворянину с благородной кровью ясно как божий день, что перед тем как обратиться к

принцу, стоящему выше его по рангу, нужно для начала его поприветствовать! Ты же, барон, даже элементарное здравствуйте не сказал своему работодателю! Или я что-то путаю? – начал давить я, желая поставить зарвавшегося командира на место.

– Простите сударь! Здравствуйте принц Железяка или как вас называет Юли, железный принц! Тем не менее, это не имеет к графине никакого отношения!

– К графине да! А вот к тебе непосредственное! Как ты можешь мне что-либо советовать и указывать как мне себя вести, если сам больше похож на крестьянина, чем на дворянина! – начал я его провоцировать со злости.

По жизни я не был злобным человеком, скорее даже наоборот, всегда старался уйти от конфликта, но в данной ситуации на меня нашла ярость.