Пристанище ведьм

Хотя чего я ожидала? Дневника с записью «Помогите! Накидки у них очень красивые, но меня отсюда не выпускают!» или вроде того? Вместо него нашлись только одинаковые комплекты формы, книги, листы бумаги и чернильницы, бутылочка духов с ароматом сирени и жемчужные серьги, небрежно брошенные на стуле.

Наконец я подумала, что рыться в чужих вещах как-то неправильно, и решила выйти прогуляться. Насладиться ароматом сосен, окружавших академию. Я всю жизнь провела в городе, среди сирен, шума и дыма фабрик, и от полнейшей тишины «Колдостана» мне становилось не по себе.

Я побежала вниз по лестнице, провожаемая взглядами с масляных портретов и фотографий. И уже потянулась к медной ручке двери, когда тишину, словно острым ножом, разрезал голос Максин. А ведь я даже не заметила ее в вестибюле!

– Куда это ты?

Она сидела на шелковой кушетке у стены с книгой в руках и выражением ужаса на лице.

– Прогуляться по парку?

– Нет-нет. Нельзя, – рявкнула она, и по ее интонации я поняла, что допустила серьезный промах.

– Но… – прошептала я, и глаза у меня защипало от слез, как всегда, если мне становилось неловко или стыдно.

Господи, за последние сутки я слишком уж часто плакала. Надо постараться больше не распускать сопли.

– Нам ни в коем случае, никогда нельзя выходить отсюда без сопровождения, – твердо произнесла Максин.

– Да, – пискнула я, хотя мне было ни капли не ясно.

– Отлично. Тогда идем со мной, – позвала она с натянутой улыбкой. – Ты спустилась как раз вовремя. Пора познакомить тебя с великой Выкоцки.

Глава 5

Большая черная дверь выделялась на фоне белого вестибюля, словно разинутая пасть чудовища. День клонился к вечеру, и мраморный пол отливал розовым под лучами закатного солнца. Максин вытянула длинные пальцы, приподняла дверной молоток в виде золотого орла и резко отпустила.

– Войдите! – позвал ледяной голос.

– Удачи! – воскликнула Максин как-то чересчур бодро, что было на нее не похоже.

Я перевела дыхание и повернула медную ручку.

Шагнув за порог, я очутилась в слабо освещенной комнате, закутанной в темное дерево и черный бархат. Всю дальнюю стену занимали полки, нагруженные миниатюрными баночками и скляночками под слоем пыли.