Пристанище ведьм

В одиннадцать сорок три я выскользнула из постели, набросила черную накидку поверх белой сорочки, натянула серые шерстяные носки и завязала шнурки на ботинках.

Тут меня озарила страшная мысль. Вдруг записки подкладывал убийца моего брата? Вдруг он хотел «завершить начатое»? Впрочем, меня это не остановило. Ноги сами неслись к двери, неслышно ступая по мягкому ковру, и я не могла заставить их повернуть назад. Наверное, все-таки лучше умереть, чем жить в неведении.

Дверь тихонько скрипнула, и кто-то из девчонок пошевелился, но затем снова наступила тишина.

В коридоре сидела черная кошка – та самая, которая спряталась под моей кроватью в первую ночь в академии. Она смотрела на меня как на тупицу, и я прошептала:

– Что тебе надо?

Кошка махнула хвостом и потрусила прочь.

Я спустилась по лестнице в вестибюль, игнорируя голос разума в голове, призывавший меня вернуться в постель.

Ночью «Колдостан» походил на погруженное в глубокий сон живое существо с теплым дыханием и своими тайнами.

Я на секунду задержалась у выхода.

В ушах отдавался голос брата: «Глупо ты поступаешь, сестренка». Двойные двери открылись с тяжелым стоном, и ночь приняла меня с распростертыми объятиями, как принимала всех, кому не хватало сообразительности оставаться дома после заката.

Поздний сентябрьский воздух кусал кожу, предвещая скорое наступление зимы. По всему телу пробежали мурашки. Роса на лужайке впиталась в кожаные ботинки, и я задрожала, несмотря на толстые шерстяные носки.

Вскоре передо мной возникла стена, окружавшая академию.

Она походила на ряд острых зубов в пасти чудовища.

Я подняла взгляд, прекрасно понимая, какое опасное предприятие затеяла. Ночью ограда казалась еще выше, а я даже через обычные заборы давно не лазила. Пожалуй, с тех пор, когда мы играли в прятки с Оливером и Уильямом. Мне было одиннадцать, и все давалось как будто легче.

К счастью, я быстро нашла, на что опереться. Просунула носок ботинка в небольшую щель и подтянулась, зацепившись пальцами о неровный край потертого камня.

Я подняла руку и обнаружила, что до верха стены еще дюймов двенадцать. Поэтому подтянулась повыше, но ступня у меня соскользнула, и на одну страшную секунду я даже подумала, что сейчас сорвусь. Пальцы заныли от боли, но удержаться мне удалось. Вовремя нашлась другая щель между камнями, от которой можно было оттолкнуться, и я наконец залезла на самый верх стены. А там замерла, гадая, нет ли на ограде особых заклинаний, которые удерживают нас внутри.