Суперпозиция

На кухне в почерневшей от времени медной джезве Ира сварила себе кофе. Мысли о подруге не оставляли ее. Она не могла уловить мысль, которая перепрыгивала в ее мозгу с места на место, словно играла с ней в прятки. Ира чувствовала, что упускает какую-то важную нить.

Прихватив тарелку с оставшимися бутербродами, она вернулась в свою комнату, поставила посуду на край письменного стола и уселась в черное офисное кресло. «Нужно будет ей позвонить вечером», – решила Ира с неспокойной душой.

Но на столе стоял компьютер со светящимся синим светом экраном, и бесконечная монотонная работа, которая, несмотря на нехватку времени, отсутствие сил и наличие личных проблем, должна быть сделана в срок; и эта работа всецело поглотила Иру до поздней ночи.

Как доехала домой Вера не помнила, но когда вернулась обратно, было уже темно, а на улице гремел гром, разрывая шумовую занавесу дождя, ярко сверкали молнии, местами освещая черный мокрый асфальт.

Квартира была пуста, ни сын, ни муж еще не вернулись.

Вера, насквозь промокшая, прошла в ванную комнату. Она закрыла сливное отверстие и открыла кран. Вода с шумом стала наполнять ванну. Еле уловимый цветочный аромат закружился во влажном воздухе. Вера принюхалась, подставила ладонь под льющуюся струю воды и поднесла ее к лицу: «Нет, конечно, ей показалось. Водопроводная вода не может пахнуть цветами». Она вышла в коридор и прошла в их с мужем комнату.

За окном было темно. Дождь лил сплошняком из бездонного черного неба, изредка освещаемого яркими вспышками молний.

Вера поправила чуть смятое покрывало на кровати, оглядела всю комнату – идеальный порядок – подошла к шкафу и достала чистое полотенце, задумчиво посмотрела на него и положила обратно на полку. «Зачем оно ей?». Вышла из комнаты и пошла на кухню, где на столе стояла баночка украденных ею у подруги капсул со снотворным.

Вера тяжело вздохнула. Хотелось плакать. Она, словно под действием сторонних сил, достала из буфета чистую кружку и набрала в нее воды из-под крана, дрожащими руками открутила крышку баночки и высыпала часть капсул на ладонь.

Несколько секунд нерешительности, и капсулы оказались во рту. Давясь, Вера, запила их водой и разрыдалась. Слезы вдруг полились из глаз нескончаемым неконтролируемым потоком, из груди вырывался дикий животный рев вперемешку со всхлипами. Так она и стояла, опершись руками о кухонный стол, плача, стеная и жалея себя.