Суперпозиция

И, несмотря на ощущение ее собственного несовершенства в купе с неуверенностью, отчуждением и замкнутостью, свойственной подросткам, Максим Павлович без особого труда вызывал на лице Кристины радостную улыбку. Уходя, он галантно слегка касался губами ее руки и подмигивал озорными глазами, холодными и голубыми, как раннее апрельское небо.

Отец был ее кумиром, а Максим Корнеев – первой юношеской любовью, идеальным мужчиной по ее детским незрелым убеждениям.

У Дениса Корнеева были такие же глаза, как и у его отца, холодные, голубые, завораживающие, большего Кристина о нем не знала.

В подростковом возрасте они встречались очень редко, в основном, на приемах или общественных мероприятиях, когда их отцы, появлялись на публике, сопровождаемые своими семействами. После школы Денис уехал учиться в Англию, а Кристина решила продолжить обучение в России, чтобы быть ближе к отцу. И только через шесть лет она услышала о возвращении Дениса и одновременном назначении на пост Генерального директора в компанию его отца. В деловых сферах их пути не пересекались, и соответственно, Кристина удалила Дениса из поля своего внимания.

– Доброе утро, Денис. Память у меня хорошая. Чем обязана твоему вниманию? – спросила Кристина прямо, как всегда, без излишних церемоний.

Она с удовольствием отметила, что Денис не смутился ее прямолинейности, и голос в трубке продолжал звучать ровно и уверенно.

– Я рад. Нам надо встретиться, Кристина. У меня есть деловое предложение от людей, которых я представляю.

– От твоего отца?

– Да, отчасти. Но это не телефонный разговор. Так что насчет встречи?

– Хорошо, – ответила Кристина, ни секунду не колеблясь. Как и ее отец, решения она принимала молниеносно.

– Тогда сегодня в «Бёрне» в два часа за обедом. Рад буду увидеть тебя снова, – его голос звучал чарующе.

– Хорошо, – повторила Кристина, отметив про себя, что Денис перенял у отца манеру общения. – Я тоже буду рада.

– Тогда до встречи, – попрощался он, – с нетерпением буду ждать.

– До свидания, – сказала Кристина в трубку и отключилась, прошептав в задумчивости. – Еще один дамский угодник.

Она посидела в кресле, обдумывая предшествующий звонок и разыгрывая в голове возможные варианты направления предстоящего за обедом разговора. Отбрасывая неподходящие линии развития в сторону, она так и не нашла вероятного сценария. И это было интересно, это было интригующе.