Силуэт в окне

Все одинаково хотят жить. Так что надо просто жить. И та жизнь, которой живу я, ничем не хуже и не лучше твоей жизни, или жизни бездомного на Казанском вокзале, или жизни Ким Кардашьян, или жизни британской королевы. Просто наши жизни разные. Каждый родился прожить именно свою жизнь.

– Это была эпичная речь сейчас.

– Когда я так говорю, моя сестра думает, что я таким образом сама себя успокаиваю, чтобы не грустить из-за того, что я никогда не буду кататься на яхте. Да что там, я даже никогда не летала на обычном самолете.

– А твоя сестра хотела бы другой жизни?

– Ага, она мечтает стать кинозвездой, ходит на бесконечные кастинги и откладывает деньги на пластическую операцию с зарплаты официантки.

– Ну, что ж, тоже достойно уважения.

– Конечно, это ее жизнь, и она хочет прожить ее так. Она имеет на это право. Я ее не осуждаю, и я не завидую тем, кто объездил весь мир. Как-то так.

– Мудро.

– Да, мне нравится моя жизнь. Мне нравятся мои друзья, я люблю свою семью, хотя она не идеальна.

– Это так круто. Все, что ты сейчас сказала, очень круто.

– Ага. А теперь мне нужно заняться другими делами, ты у меня тут не один, красавчик.

– Нет, нет, пожалуйста, не уходи, Катя. Поговори со мной еще.

– Ну вот еще, мне не за разговоры деньги платят. Там у меня работа стоит. За разговоры у нас платят штатному психологу, могу тебе его пригласить, если хочешь.

– Этого мне еще хватало для полного счастья, – усмехнулся Давид, – никогда не понимал, зачем люди ходят к мозгоправам.

Я их немного побаиваюсь. Мало ли чего наговорят, потом хлопот не оберешься.

– Тогда включи, наконец, свой телефон и поговори с друзьями, со своей девушкой, с родственниками. Уверена, куча народу жаждет поддержать тебя. А я пошла. Если что-то понадобится, ты знаешь, где волшебная кнопка.

***

Когда Катя вышла, Давид уставился на коробку с новым телефоном. Рядом лежала его старая сим-карта, которую извлекли из разбившегося смартфона.

Ему не хотелось признаваться себе, что он не хочет никого слышать.

И не хочет, чтобы его видели в таком состоянии. Никто, кроме Натальи. Точно, позвоню сестре. У них уже утро. Она встает рано, у нее йога в шесть утра каждый день. Так вот, что имел в виду отец все эти годы, когда твердил, что семья – это главное. И что бы с тобой ни случилось, семья будет рядом. Что ж. Хотелось бы мне понять это в другой ситуации. Но уж как вышло, так вышло.

Как только он включил телефон, во все мессенджеры посыпались сообщения.