Али

«Лук и стрелы». Алиен сначала подумала, что он издевается над ней. Но стрелять оказалось легко и просто, и что самое приятное, для этого не нужно было подходить к цели. Другие дети тоже заинтересовались игрушкой, но она требовала терпения, концентрации, и вскоре все к ней охладели. Алиен же свято верила, что в этом и есть ее спасение, она станет отважной лучницей и будет ходить на охоту рядом с бетами, а может даже и с альфами!

Чуда не случилось. Храбрость посещала ее только в мечтах, и сил со временем не прибавилось.

Она выросла маленькой и слабой даже для омеги, и всерьез ее никто не воспринимал. Да и сама она, честно сказать, не рвалась ни на какую охоту, предпочитая проводить время в деревне – что-нибудь плести, вышивать, читать, или возиться со своими длинными, золотистыми волосами.

Так чем же она, не умеющая постоять даже за саму себя омега, может помочь своей деревне сейчас? Ведь даже ее детское увлечение – лук и стрелы, остались в доме, который, возможно, уже сгорел дотла. Нет-нет, возвращаться нельзя! Нужно бежать.

Бежать подальше отсюда. Спрятаться, переждать нападение где-нибудь в лесах… Кроме этих правильных мыслей, в голове смутно мелькало еще что-то, за что она никак не могла ухватиться. Это было важно и Алиен даже зажмурилась, чтобы сосредоточиться.

Солнечный диск уже повис над лесом и шум из деревни начал утихать. Запах гари был убийственным, но к нему примешивалось что-то необычное, едва уловимое, горькое и сладкое одновременно. Пугающее. Все внутри кричало, чтобы она убиралась отсюда поскорее, тело дрожало от страха, но ноги сами уже несли ее в обратную сторону.

Сопротивление было сломлено за считанные минуты. Вопреки ожиданиям, лес не горел. Полыхало только само поселение, но пламя грозило перекинуться и на деревья. Армия Дорла находилась рядом. Часть его людей скрывал лес и трудно было оценить, насколько она многочисленна. Но и тех, кто был на виду, хватило, чтобы понять – у деревни не было ни единого шанса. Алиен расширенными от ужаса глазами выглядывала из-за кустов на опушке леса.

Как хорошо, что ее дом не видно с этой стороны, она бы не смогла смотреть на то, как догорает вся ее жизнь. Жителей деревни согнали всех вместе, подальше от огня, и поставили на колени, окружив плотным кольцом охраны.

Родители девушки давно умерли, братьев и сестер у нее тоже не было, но среди пленников ее друзья, соседи, знакомые, с которыми она росла, с которыми делила хлеб и воду, и которых любила, даже если и не помнила все имена.