Глупая бессмертная птичка

– Я не страшный, я дотошный, – с характерной интонацией домовёнка из советского мультфильма протянул Николай, но потом всё же пояснил: – Случай небанальный, я дополнительно в материалах покопался, поэтому уверен в своих выводах на тысячу процентов. Но мне пока никто не позволит такую сложную операцию самому выполнить, вот я и пытался донести Давиду Темуровичу свою великую мыслю. Чуть позже зайду к нему на свой страх и риск, но уж больно охота о результатах операции узнать. Да и фройляйн Агата там осмотрится.

Ей же можно посещать стационар?

– Да, но пока только в твоём сопровождении, я выпишу временный пропуск, на изготовление постоянного потребуется три или четыре дня, – заведующий кафедрой занял любимое компьютерное кресло с удобной спинкой и принялся заполнять документы.

– Отлично, тогда сегодня мы идём на экскурсию!

Николай едва не прыгал от восторга, пока Дмитрий Сергеевич подписывал нужные бумаги и ставил печати. Он за несколько минут успел посмотреть в окно, поправить все неплотно прикрытые дверцы шкафа, занимавшего всю стену, и сунуть любопытный нос в документы на столе.

– Масочников, успокойся уже, – пожурил его заведующий кафедрой, протягивая несколько листов. – Не позорься перед иностранной аспиранткой, тебе двадцать шесть уже, а ведёшь себя как подросток! Чтоб завтра пришёл в приличной одежде и причёсанный! У нас в конце-концов, есть определённые правила.

– Не ругайте Николу, Дмитрий Сергеевич, – вступилась за коллегу Агата, – он очень добрый и выглядит милый! Он обязательно расскажет мне про правила и покажет чудо природы Коновалов! – Николай прыснул в кулак, но тут же попытался замаскировать смех кашлем, оставив Агату в недоумении: – Я что-то не так сказала?

– Нет-нет, фройляйн!

Аспирант быстро взял себя в руки, хотя подрагивающие губы выдавали его с головой, пригладил чёрные волосы и заправил за уши отросшую чёлку.

На правом виске Агата успела заметить довольно длинный тонкий шрам, настолько ровный, будто был оставлен рукой профессионального хирурга. Но расспрашивать нового знакомого об истории происхождения этой отметины Агата посчитала неэтичным.

Сам Николай, если и обратил внимание на излишне долгий, пропитанный любопытством взгляд, то вида не подал, галантно открыл даме дверь и протянул руку:

– Идёмте, осмотримся, Агата.

Они вышли в коридор и, как только дверь захлопнулась, стены кабинета заведующего кафедрой затряслись от его хохота.