Мои большие файерболы. Книга 2. Побег из нубятника

Им в кайф от чужой беспомощности и чужого страха. Только это я и могу. Не дать им удовольствия увидеть мой страх.

– Они заплатили? – раздалось у меня из-за спины. Голос был тихий, но низкий и раскатистый. Словно вдруг тигр в зоопарке заговорил по-человечески. Не голос. Рык. Только очень спокойный, даже вкрадчивый.

– Я заплатил! – взвизгнул IIy3aH.

– Я не тебя спросил, – произнёс тот же голос.

Рука на моей заднице замерла. Кажется, её хозяин рад бы убрать её совсем, но боится двинуться. Только сейчас до меня дошло, что это говорит Хидагард, угрюмый огр-трактирщик, которого я привыкла считать чуть ли не декорацией.

– Нет, не платили они! – закричала я. – Посуду бьют, гостей пугают, ко мне лезут… на халяву.

Публика, видя, что открывать рот стало безопасно, загудела, поддерживая меня.

– Я пытался платить, – возмутился IIy3aH, – она сама не взяла. Я клиент!

– Хорош клиент, чужой стакан разбил! Дебошир он и погромщик!

Ладонь сзади исчезла вдруг резко, рывком, а затем раздался грохот.

Я обернулась и успела увидеть, как Хочун сползает по стенке у лестницы. Как мешок с дерьмом, он повалился на пол. Имя над головой серое. Сильнейший дебаф. Оглушение.

Двумя пальцами за шкирку, как щенка, огр держал Мартовского Кота. Тот упирался обеими ногами, пытаясь вырваться. Бесполезно. Хидагард даже не замечал его усилий. Приподнял… и с размаху приложил о дубовый стол. Стол выдержал, а Кот – нет. Игрок осыпался кучкой пыли, оставив дрянные даже с виду сапоги и горсть мелочи.

Трактирщик огорчённо покачал головой.

Перестарался, бедняга. Расстроился. Трое оставшихся ушлёпков рванули к выходу. Но в планы Хидагарда не входило отпускать их без показательной порки. С удивительной для его размеров ловкостью он перекрыл выход и отлавливал каждого поодиночке.

– Мариша! Ну скажи ему! Мы же друзья… я же тебе ничего плохого не сделал! – взвыл от ужаса СуПерТаПок. У пижона-варвара тряслись губы. Казалось бы, это игра. Любая боль мгновенно пройдёт на площадке возрождения.

Но зрелище того, как трактирщик превращает в котлету Якодзума, было сильнее разума. А может, боялся дебафов на внешку. Мне не верилось, что такие убийственные телесные повреждения останутся без последствий.

Я молча показала средний палец. Бог простит. Любой из игровых на выбор. Последних двоих Хидагард ухватил разом, по одному в каждую руку. Выпустив пар, он уже развлекался, тряся игроками, как чирлидерша пипидастрами, и время от времени сталкивая их в воздухе.