Ни капли сомнения, или Таинственные пустяки – 22

Если бы мы удосужились запоминать их, записывая каждый такой загадочный пустяк, то спустя какое-то время с удивлением обнаружили бы, о сколь многих событиях они нам сообщали. Оставалось бы только изучить их и как-то для себя систематизировать. Можно лишь догадываться, какова из этого была бы польза, но согласитесь – неплохо же получать предупреждения, и при этом знать, о чем они именно.

Ко всему прочему, некоторые из таких пустяков служат выполнению еще и «кармических» задач, понимание которых, как говорят, помогло бы в решении многих жизненных неурядиц.

Но это предмет для куда более серьезного разговора.

Пока же вернемся к обычным, а заодно и к необычным пустякам. В частности, к тем, которые автор все же удосужился запомнить и записать и рассказом о которых теперь надеется развлечь не только себя, но и кого-нибудь из читателей.

Мне стоит предупредить лишь вот о чем. Так как таинственные пустяки вплетены в ткань обыденной жизни и вообще редки и порой незаметны, то и в повествовании моем они появятся далеко не сразу – поэтому наберитесь терпения.

А появившись, и впрямь могут показаться некоей случайностью – тогда тем более прошу о терпении. Ибо сказано же мудрецами: случайности, повторенные несколько раз, становятся закономерностью.

И да, пока не забыл. Кому интересно отгадывать загадки, имейте в виду – в книге одна есть, и звучит она просто: почему автор надумал написать эту книжку? С какой целью? Внимательный читатель без труда обнаружит подсказку в одной из глав.

А начну, наверное, с той истории, стать героем которой один из персонажей вряд ли планировал…

Вовка-мудрец и Ричи-сорванец

Таков и был Сократ: <…> нос у него был курносый, глядел он исподлобья, выражение лица у него было тупое, нрав простой, <…> любил посмеяться, не дурак был выпить, любил подтрунить, скрывая за этим божественную свою мудрость.

…А случалось ли вам видеть собаку, нашедшую мозговую кость? (Платон <…> утверждает, что собака – самое философское животное в мире.)

    Ф. Рабле «Гаргантюа и Пантагруэль»

Вовка

Ранним сентябрьским утром 2002 года единственная машина, стоящая на маленькой площадке между МКАДом и постом ГАИ, была моя – и вовсе не по прихоти инспектора.

Причина была куда приятнее. Я ждал Вовку.

Накануне он задумчиво сообщил по телефону, что наконец-то выезжает ко мне, но только еще не знает, как будет добираться – то ли с кем-нибудь из своих знакомых дальнобойщиков, то ли просто автостопом, если вдруг не будет оказии.