Семь ударов

У меня самой навернулись слезы, но не из-за того, что мне было жаль Машу (мы почти не знали друг друга), а потому, что плакала Настя.

– Мне очень жаль, – повторила я. Посмотрев себе под ноги, заметила, что топаю. Семь раз – пауза – семь раз – пауза.

– Прости… прости, – было слышно, как она шмыгает носом и вытирает слезы. – Просто Маша… она была такой хорошей… Она была тихой и старательной, и остальные просто не понимали, насколько она… – Снова всхлип и рыдания. – Она не заслужила… только не она, понимаешь, Алина?

– Да, – тихо отозвалась я.

Настя снова принялась остервенело бороться со слезами, а потом спросила в трубку:

– Как там в школе?

Но я задала ей встречный вопрос:

– Ты ведь не думаешь, что это я?

В трубке на мгновение стало тихо, потом Настя осторожно спросила:

– Что – ты?

– Ты ведь не думаешь, что это я убила Машу? – храбро спросила я.

– Нет, конечно, – у нее даже голос дрогнул. – Почему ты задаешь такие вопросы?

Конечно, она не знает. С какой стати полицейским сообщать ей о делах? Но мне никто не запрещал, поэтому я сказала:

– Меня подозревают в смерти Маши.

В ее комнате нашли мой волос, но я уверена, что он свалился с тетради, которую я принесла. Ты ведь знаешь, как они у меня выпадают! И это притом, что больше никаких улик не найдено!

– Это ужасно, – прошептала Настя. – Ты в порядке, Алина? Прости, меня сегодня не было в школе, я…

– Я все понимаю, – перебила ее я. Не хотелось, чтобы Настя оправдывалась, силясь скрыть свои слабости. Я-то знаю, что она проревела полдня.

 – Ты-то как себя чувствуешь?

Еще один дурацкий вопрос. Конечно, она чувствует себя ужасно! Ее подругу убили!

– Не так хорошо, как хотелось бы, – горько рассмеялась Настя. – Мою подругу семь раз ударили ножом!

Семь раз ножом? У меня в груди похолодело. Жуть. И кто способен на такое – семь раз ударить девочку-подростка? И главное – зачем? Мне сказали, что ничего не украдено… да там и красть нечего, если честно.

Так, ладно, ближе к делу. Я переложила телефон из другой руки в другую и сказала:

– Прости.

Я не особо знаю, что говорить в таких случаях.

– Никто не знает, – грубо отозвалась Настя.

– У тебя есть номера телефонов ее родителей? Кого-нибудь из них? Я… мне просто необходимо им позвонить!

– Да, конечно, – голос Насти стал рассеянным, будто она на что-то отвлеклась. – Я скину тебе сообщением. Алина, прости, мне уже пора. Скоро приедет мама, а у меня – бардак.

И она отключилась.

8 сентября.