Домашний рай

Когда они с товарищами решили погулять после получения стипендии, то избрали местом отдохновения «Метрополь». Вход им преградил такой же цербер. Вася вытащил из кармана деньги, вытянул из пачки банкнот мятый рубль, плюнул на него и прилепил ошеломленному швейцару на лоб. Цербер решил не связываться с таким наглецом, тем более что Вася обладал огромными габаритами и внушал опасение. Между тем сам сообразительный и быстро думающий Вася по части учебы числился на самом хорошем счету. Он единственный, кто зажигал на скучных комсомольских собраниях, своим баском подающий язвительные и остроумные реплики, от которых все валялись на полу.

К счастью, это был не ресторан, а гостиница, поэтому швейцар лишь просто посторонился и, повернувшись, проследил маршрут необычного гостя.

Администратором «Молодежной» являлась миловидная приветливая женщина лет тридцати пяти-сорока Людмила Ивановна Григорьева, с короткой прической и не бросающимся в глаза макияжем. Приветливость приятно поразила Нахимова, готового к резким словам типа: «Молодой человек, что вы здесь делаете, с какой целью пожаловали?!» Видимо, общение с иностранцами накладывало свой отпечаток даже на суровые лица важных администраторов.

Александр в пиджаке и брюках фабрики «Большевичка» и с пакетом из киоска явно не походил на сына богатенького иностранца, а тем паче на командировочного. Во-первых, не каждый командировочный сунется в такую гостиницу, тем более без соответствующей брони, а во-вторых, у него в руках не было никакого заветного чемоданчика с парой белья и зубной щеткой.

Сколько бы раз судьба не заводила Нахимова в гостиницы, его всегда встречала надпись «Мест нет». Ну что ты будешь делать! Только опытные командировочные волки находили потайные лазейки во взяточно-бюрократическом частоколе.

Поэтому симпатичная женщина задала единственно правильный в данной ситуации вопрос:

– Молодой человек, вы к кому?

Нахимов улыбнулся во весь рот, пытаясь обаянием покорить строгую блюстительницу нравов и порядков «Молодежной».

– Я в триста пятнадцатую комнату.

При этих словах выражение лица женщины изменилось, словно из радио в одиннадцать часов вместо производственной гимнастики вдруг заиграли гимн Соединенных Штатов Америки. Она еще раз смерила взглядом студента, недоверчиво покачала головой, но сказала:

– В триста пятнадцатый номер? Давайте паспорт.

Хорошо, что он у него имелся.