Голос Рыка

Чего и другим советую!

– Ну ладно, степень действия и бездействия членов нашего коллектива мы потом посчитаем, – вмешался в перепалку генеральный. – Лучше давайте решать, что делать будем?

Лосев кашлянул и распрямил плечи. Что?что, а это он готов доложить.

– Мы подготовили целый ряд акций, – сообщил он. – На ОРТ и на РТР выйдут передачи, в которых расскажут о наших социальных программах. А НТВ выступит с разоблачением акций российского Гринписа и его изданий. В частности, пойдет разговор об ангажированности Джаврова.

Должанский кивнул.

– Хорошо! Но впредь сделать все, чтобы предотвратить утечку, – размеренно заговорил он, обводя взглядом своих помощников. – Наш завод должен быть вне всяких подозрений. Если уж не можете скрыть какие-то негативные явления, которые имеются на всяком производстве, списывайте все на хулиганов. Николай Николаевич, займись этим. А вы, Владимир Арамович, будьте добры давать Серикову каждый день сводку по здоровью персонала.

Зырянов, начальник медицинской службы ФАЗМО, подобострастно закивал головой:

– Конечно-конечно! Каждый вечер будет! Все сделаем!

Начмед завода, Зырянов Владимир Арамовичч был человеком на заводе весьма непопулярным и нелюбимым сотрудниками.

Среднего роста, неопрятный с заметным отвисшим животом и всклоченными сальными волосами, круглыми темными совиными глазками на пухлом лице и маленьким крючковатым носом над толстыми губами большого рта, он производил впечатление мелкого рыночного торговца.

Те, же кто знал то, кем на самом деле являлся Зырянов, прозываемого в среде заводчан Серым кардиналом или Кукловодом, предпочитали лишний раз ему на глаза не попадаться.

Зырянова не просто не любили, его боялись. В особенности боялся его Филлипенко. По роду своей деятельности начальник отдела автоматизации и программных средств, как официально называлась должность бородача, был посвящен в некоторые детали деятельности Владимира Арамовичча, знал о том, что происходит с теми, кто вызвал недовольство генерального или самого Зырянова знал о некой лечебной процедуре, после которого человек уже никогда не становился прежним, но знал он и о том что Владимир Арамовичч догадывается о подозрениях Анатолия Викторовича.

Это конечно же не прибавляло сисадмину любви Кукловода, в чем Зырянов не раз давал повод убедиться, и Филлипенко знал – если бы не покровительство Должанского, злобный начмед давно бы расправился с ним, но поделать ничего не мог.