Голос Рыка

Господи, что это были за минуты! Пытка, другого слова не подобрать! Стоило только послышаться стуку каблучков, мелькнуть платью, как он нервно подскакивал. Но всякий раз это оказывалась не она. Лены все не было. Толик, плюнув на собственную гордость, пошел к подъезду. Может быть, как когда-то было в старых домах, там есть список жильцов и он найдет номер ее квартиры? На Большой Тульской, где жили родители, такой список сохранился до сих пор. Он уже давно был не правильный, ведь за долгие годы переменилось сколько жильцов, но все равно продолжал висеть.

В его новом доме такого списка не было. Не было его и в том, в котором жили Панины. Обнаружилась лишь подозрительно посмотревшая на него бабка неприятной наружности, да еще вредная девчонка, которая заявила, что Панины в этом доме не живут, а он пусть здесь не ходит, а то она милицию вызовет.

Толик вернулся к своей лавочке. Он был уже сам себе противен своей нетерпеливостью и слабоволием, но ничего поделать с собой не мог.

Ах если б можно было стать невидимкой, тогда бы он прошелся по всем квартирам, нашел бы ту, в которой она живет, и посмотрел, чем она занимается. Вдруг она там с кем-нибудь сидит… Нет, такого не может быть! Лена не такая! Наверное, у нее что-то случилось, а он, вместо того чтобы помочь, сидит на лавочке и воображает гадости всякие. А может, даже…

Господи, какой же он осел! Лена же могла зайти куда-нибудь, а оттуда пойти прямо к нему домой! И сейчас ждет там, а он тут Отелло разыгрывает! Мавр несчастный!

Толик, не обращая внимания на прогуливающихся старушек, которые испуганно шарахнулись при его неожиданном появлении, что было сил понесся к дому.

Он, конечно, не спортсмен и уж точно не стайер, но расстояние-то всего ничего! Правда, и этого хватило, чтобы запыхаться, но кто будет придавать этому значение?

На ходу отметив, что у подъезда Лены нет, Толик с замиранием сердца вызвал лифт.

Предчувствие подсказывало ему, что и у дверей он ее тоже не увидит, но вдруг…

Подсознание не обмануло – Паниной не было. Толик тяжело опустился на ступеньку. В горле стоял комок обиды, хотелось ругать себе за то, что не додумался за все это время взять у Лены номер ее домашнего телефона, но что теперь делать.