Голос Рыка

Если начали появляться жмурики и слышится стрельба, то дело серьезно, нужно срочно найти Манчестера!

– Тагир! – позвал Сартов, пользуясь ультразвуковым диапазоном. – Тагир, ты где?

Голем не откликался. Вместо него завыли все собаки, бегавшие во множестве между домами. Ну, эти-то понятно, да только кто на них обратит внимание, а вот молчание Манчестера настораживало. Хотя все могло быть. Может, напарник просто забыл открыть свой сенсор на этот диапазон? По крайней мере, Сартову очень хотелось, чтобы дело обстояло именно так.

Потому как, если он его закрывал, значит, применял хлыст! И тогда становится понятной стрельба. Он нашел логово. И этот, у дома, один из них. Из самовольщиков. Вот почему у него голова как лопнувший арбуз. Глиняный решил, что обеспечит таким образом скрытность ликвидации. Обыватели не станут ни о чем спрашивать, и так все ясно – какой-то бомж бродил по крыше, не удержался и сверзился вниз.

Что ни говори, а умница Тагир! Все-таки сказывается школа войны в Чечне – делать все так, чтобы противник постоянно терялся в догадках.

Что ж, это правильно.

– Манчестер, откликнись! – еще раз позвал он.

– Горик, бесполезно! – вместо Калоева ответил Сковородин. Он тоже для связи применял ультразвук. – Я думал, Манчестер во дворе, здесь жмурик наметился, башкой об асфальт хлопнулся, вместо тыквы…

– Да вижу! – перебил Сартов. – Он прямо передо мной!

После минутного молчания вновь раздался высокочастотный голос Сковородина:

– Горик, ты где? Я тебя не вижу!

– Я с внешней стороны дома.

Слушай, я же тебе сказал, прямо перед трупом!

– Ничего не понимаю! – удивился Митяй. – Возле какого трупа ты стоишь, если он во дворе?

– Митяй, кончай дурака валять! Нужно Манчестера искать, а ты шутки шутишь!

– Какие шутки, вот же жмурик… – растерянно проговорил Сковородин. – Лежит сам целехонький, а башка как под катком асфальтоукладчика побывала!

– Сковорода, я тебе морду набью! – рассвирепел Георгий.

 – Тут и так заморочек море, а ты… Кончай пургу гнать!

– Горик, да я же прямо рядом со жмуриком стою. Метров семь от него! Между пятым и шестым подъездом!

– Какие, к черту, подъезды! – продолжал возмущаться Сартов, но в его голосе уже не чувствовалось уверенности.

– Горик, я не знаю, о чем ты, но труп здесь, возле меня! – Сартову показалось даже, будто он услышал, как его собеседник ударил себя кулаком в грудь.