Реставратор

 – Как бы в больничку не пришлось определять.

– А ты видел, что этот мясник с девчонкой сотворил? – завизжал Зинчук, пылавший жаждой мести за коварный удар. – А что до битых ребер, так ведь сопротивлялся при аресте. И вообще, Степа, крутишь баранку – крути, не лезь в оперативную работу.

Водитель, чуть ли не вдвое старше Зинчука, молча подал ему ручку от отсека для арестантов и скрылся в кабине. Ведь зарекался же не вступать в разговоры с этим сопляком. Раскрытий – с комариный член, а гонору…

* * *

– Ваша фамилия?

Олег с трудом различал лицо допрашивающего.

Смотреть мешал заплывший глаз – умыться почти не дали, плеснули из кружки водой в лицо, и все. Торопились поскорее в чувство привести. Правый глаз вообще ничего не видел, левый резало светом от яркой лампы.

– Я ясно задал вопрос? – Выше среднего роста, темноволосый, широкое лицо, тонкие губы нервно кривящегося рта, узко посаженные маленькие карие глаза. Они Чернову сразу не понравились. Он, стараясь понять, в чем дело, присмотрелся.

Странность действительно была – зрачки следователя все время подрагивали.

Не бегали, как это бывает порой у лжецов, а подрагивали. Мелко так дрожали, иногда Олег видел, как у пожилых людей дрожат руки, у следователя же почему-то так дрожали глаза. Вправо-влево, вправо-влево. Вкупе с сильно сжатыми желваками, создавалось впечатление, что сидящий перед черновым человек или сильно чего-то боится или замерз. А может тот был до предела взвинчен и напряжен.

«Интересно, кто же так заставил нервничать мента?» – подумал Олег.

Ему, не чувствующему за собой никакой вины, в голову не могло прийти, что он и есть причина этой взвинченности! Как и то, за что его избили, он же вообще ничего плохого не делал!

Ладно, время покажет. Скоро все выяснится, и тогда ментам туго придется. Олег для себя решил, что дойдет до прокурора, но дело так не оставит. Козлы, еще извиняться будут.

Несколько успокоившись, он снова сосредоточил взгляд на лице молча ожидавшего ответа следователя.

Насмешливо-брезгливое выражение лица и манера при разговоре кривить рот. Олег даже удивился, что обратил внимание на такие мелочи. Наверное, потому, что сам следователь старался, чтобы он это заметил.

– Ну так что, говорить будешь? – не выдержал наконец следователь. – Или тебе память освежить?

– Себе освежи! – сплевывая кровь, прорычал Олег. – Без адвоката я тебе и слова не скажу.

– Ну-ну, – кивнул головой Порывайко. – И этот фильмов насмотрелся.