Исчезнувшие

В воздухе витали запахи лука и горелого мяса, но Стокс нигде не обнаружился. Да где же ты? Тротуаров там не было, кирпичные стены почти смыкались по обе стороны улочки, заслоняя вечернее небо. Иона словно оказался на дне рукотворного ущелья, где дверные проемы и узенькие проходы смотрели на улочку окошками черноты.

Иона снова тихонько выругался, злясь на себя, и зашагал к бару. Стокс мог находиться только там. Неоновая вывеска горела названием «Аншлаг», и на подходе к ней Иона услышал, как за его спиной кто-то шаркнул ногой.

Он резко обернулся и с бьющимся сердцем выставил вперед согнутые в локтях руки. На него двигалась высокая фигура. Даже в темноте Иона сразу узнал ее обладателя.

– Какого хрена ты здесь делаешь? – прошипел Гевин, входя в круг света от вывески бара.

Облегчение сменилось злобой.

– Не лезь не в свое дело.

– К черту! Я не дам тебе сотворить глупость.

– Не знаю, о чем ты.

Не успел Иона отвернуться, как Гевин схватил его за руку.

– Хватит, Иона.

Я знаю, что ты тут делаешь. Думаешь, ты один в курсе, что Стокса сегодня выпустили?

Иона вырвал руку.

– Ты что, за мной следил?

– Я знал, что ты решишься на что-то такое, и ждал у общежития. Господи, чем ты думал-то? Знаю, что тебе нелегко, но какой от всего этого толк?

– Какой толк? – дрожащим от ярости голосом переспросил Иона. – Я вызнаю, что этот гад сделал с моим сыном, – вот какой толк!

– Черт подери, Стокс никак не связан со случившимся с Тео! И ты это знаешь! Если не веришь Уэллсу, так хоть мне поверь!

– Ладно, верю.

А теперь проваливай.

– Не дури. Не стоит подставляться под пулю, нож или садиться за решетку из-за такого дерьма, как Стокс. Я тебе не дам.

– А мне твое разрешение не нужно.

– Хватит, Иона…

– Ты думаешь мне помешать?

– Да, если придет…

Гевин пошатнулся от удара в челюсть. В Ионе внезапно взорвались вся боль, ярость и чувство вины. Он резко замахнулся на стоявшего перед ним человека, уже не думая, кто он.

Гевин поднял руки, чтобы защититься, но сдачи не дал.

– Какого хрена, Иона, не будь…

Он крякнул, получив по ребрам. Иону что-то ударило по лицу, и в глазах взорвались яркие молнии. Он встряхнул головой, отгоняя наваждение, шагнул вперед и снова замахнулся. Но Гевин тоже шагнул, и Иона согнулся пополам, когда в его пах врезалось колено.

Боль была нестерпимой. Он рухнул на асфальт, и внезапно его безумие словно надломилось.