Заговор Алого Первоцвета

Единственный из фельянов, обладающий хоть каким-то влиянием, и его назначают в Комитет общественной безопасности, где полно якобинцев Робеспьера. Если бы все оказалось наоборот! Но он заседает именно там, балансируя на краю пропасти, в то время как Фукье-Тенвиль продолжает свою бойню. Если бы не его помощь, мы бы никогда не вытащили де Шали живым, но я боюсь, что этого будет мало, чтобы искупить преступление его сестры.

Внезапно осознав то, что он сказал, Дьюхерст в ужасе посмотрел на Финна.

– Боже, Перси, прости меня! Я не подумал.

Это было ужасно жестоко.

– Тем не менее, такова правда, – сказал Финн.

Итак, Арман Сен-Жюст, как и Лафайет, был одним из умеренных монархистов, отделившихся от якобинцев. Он настолько сочувствовал делу Блейкни, что принял в нем активное участие. Это было что-то, чего Дилейни не знал. Это была очень ценная информация. Если кровавый террор революции в сочетании с ролью его сестры в гибели маркиза де Сен-Сира стали оскорблением для его гуманистических чувств, Армана можно было бы использовать.

В самом деле, похоже, что Блейкни уже его использовал.

– И все же мне очень жаль, Перси. В конце концов, она твоя жена. Надеюсь, ты сможешь меня простить.

– Здесь нечего прощать, Тони. Это время всем нам дало странных сожителей.

– Я бы сказал, что это было немного грубо, – заметил ошарашенный Дьюхерст.

– В наши дни мне не хватает терпения на обходительное поведение, – сказал Финн. – Оно отдает лицемерием, в то время как людей убивают направо и налево во имя свободы, равенства и братства.

Поэт сказал однажды: «О, если ты спокоен, не растерян, когда теряют головы вокруг…» – он оборвал фразу, вспомнив, что поэт, о котором идет речь, Редьярд Киплинг, родится только в 1865 году. – Ну, я намерен не потерять голову, – сказал он. – И сделать все, что в моих силах, чтобы помочь другим сохранить свои на плечах. Гильотина – это мерзость, и я поставил перед собой задачу спасти от нее как можно больше жертв. Это меньшее, что я могу сделать. Это не вернет Сен-Сира и не смягчит участие Маргерит в его казни, но если я смогу избавить других от его судьбы, любой риск будет оправдан. Недостаточно просто вывезти из страны одного аристократа. Я должен попытаться спасти столько, сколько смогу, а потом ткнуть в это дерьмо нос Фукье-Тенвиля!

– В принципе, я полностью поддерживаю, – сказал Дьюхерст, – но на практике это будет довольно опасно. Потом, остается вопрос о взглядах леди Блейкни, хотя мне не хочется углубляться в эту тему.