Добыча золотого орла. Пророчество орла

 – Катон прекратил возиться с пряжками и уставился в землю. – Думаю, у нас неприятности… большие неприятности.

Глава 17

Незадолго до сумерек Веспасиан направился с докладом на другой берег Тамесиса, в главный лагерь командующего Плавта. Он вез с собой протоколы допросов, которые были сложены в большие переметные корзины, притороченные на спине коня позади седла. Вспомогательные подразделения весь день копали глубокие рвы поблизости от брода, куда оттащили тела бриттов, убитых прошлым вечером. Трупы больше не отравляли воздух, но трава, где они недавно лежали, оставалась темной от запекшейся крови.

Этот запах заставлял коня нервно раздувать ноздри, а Веспасиан гнал животное, желая поскорее подняться на кряж и оставить место побоища позади.

В лагере легат спешился перед штаб-квартирой командующего и подал знак одному из караульных, чтобы тот занес в шатер корзины с записями. Как раз когда последний отблеск закатного солнца исчез за горизонтом, дежурный писец сопроводил легата в шатер, где множество других писцов работали, составляя сводный административный отчет о вчерашней битве, который требовалось приукрасить для официальной истории.

Чего там только не было: списки личного состава, перечень потерь, расходные описи оружия и снаряжения. Тут же готовились проекты приказов, касающихся дальнейшего хода кампании. Веспасиан подумал, что скоро сентябрь, и Плавт надеется надежно окопаться на берегах Сабрины до того, как пойдут дожди и осенняя распутица прикует легионы к укрепленному лагерю.

Сейчас, когда войско Каратака практически уничтожено, враг будет вынужден ограничиться мелкими вылазками – во всяком случае, до тех пор, пока племена не наберут новое ополчение, вооружат и обучат людей хотя бы основным боевым навыкам. Воинская каста, составлявшая ранее костяк его армии, понесла огромные потери еще в прошлом году, и представителей этого сословия уцелело совсем немного. Правда, среди уцелевших, скорее всего, находится и сам Каратак. А пока он жив, дух сопротивления будет жить в сердцах бриттов, угрожая в любой момент вновь разгореться пожаром войны против римских захватчиков.

Веспасиан нахмурился. Этот проклятый вождь был очень важен. Куда больше, чем тысячи его соплеменников, зарытых во рву рядом с рекой. Когда Веспасиана ввели к командующему, тот изучал большую карту, разложенную на столе. Рядом стояли другие легаты и старшие трибуны. Веспасиан поймал взгляд своего старшего брата Сабина и кивнул ему.