Добыча золотого орла. Пророчество орла

Скорее всего, они скрылись за длинной цепочкой посредников, которые и сами не знают, кто именно их заказчики.

Другое дело, что миссия, доверенная ему, была тайной, и о том, что император послал приближенного советника в Британию, на встречу с командующим Плавтом, было известно лишь самому Клавдию и узкому кругу доверенных высших чиновников. Командующий уже встречался с греком в прошлом году: тогда Нарцисс состоял в свите императора, прибывшего в Британию. Тот оставался с армией достаточно долго и стал свидетелем разгрома местных племен при Камулодунуме, приписав эту победу своему военному гению.

В тот раз императора сопровождала большая свита, и Нарцисс, правая рука владыки империи, мог в полной мере наслаждаться комфортом, не опасаясь за свою жизнь. Император и Нарцисс…

Сейчас путешествие выглядело совсем иначе: Нарцисс совершал поездку тайно, о приличных дорожных условиях не приходилось и мечтать, и единственным знаком его привилегированного положения были двое телохранителей, которых выбрал для него префект Преторианской гвардии из числа лучших воинов своего элитного подразделения.

Его окружала полная секретность: он покинул дворец через заднюю потайную дверь, сопровождаемый лишь Марцеллом и Руфом.

Но надо же, каким-то образом недоброжелатели прознали о его миссии. Едва покинув Рим, Нарцисс заподозрил, что за ним следят. Дорога практически никогда не оставалась пустой – позади почти незаметно маячили неясные фигуры. Конечно, само по себе это не значило ничего: по дороге могли следовать обычные путники, ни сном ни духом не ведавшие о греке и его задании, но Нарцисс был человеком опытным, осторожным и имел все основания опасаться влиятельных врагов.

Только благодаря великолепному чутью и тщательным мерам предосторожности ему удавалось выживать среди опасностей императорского двора так долго, как никому другому. Участвуя в игре, где ставки так высоки, – а Нарцисс вел именно такую игру, – требовалось иметь глаза на затылке и ничего не упускать из виду, замечать все, что происходит вокруг: поступки, слова, намеки, шепотки и даже то, как переглядываются между собой аристократы на дворцовых пирах.

Все это вызывало в памяти образ Януса, двуликого бога, способного разглядеть угрозу одновременно и сзади, и спереди. Служить при дворе – значит быть двуличным. Под внешностью покорного слуги, думающего лишь о том, как угодить своему господину и не вызвать неудовольствия высших сановников, скрывались целеустремленность и безжалостность.