Второй шанс

Покопавшись в логах, я понял, как устроена система опыта. Я начал игру с первым уровнем и одним очком опыта. За экипировку луком игра начислила мне еще одно очко и дала второй уровень. Потом за первую птицу я получил два очка опыта, и всего у меня стало четыре, а уровень вырос до третьего. За нынешнюю птицу я получил три очка опыта. Всего семь. Следующий уровень, вероятно, будет на восьмерке. А значит – количество очков нужно всякий раз удваивать, чтобы получить новый уровень. Эта птица была шестого уровня, и с нее выпало три очка опыта, то есть выпадает примерно 10 % накопленной экспы.

Мне не давала покоя привычка Тартара все время вслух считать вероятность, и я снова полез в характеристики. Дамаг моего лука оказался 1x6. Понятно. Где-то в мозгах моего нового мира зашит старый добрый шестигранник. Тартар убивал меня одним ударом с вероятностью одна пятая. Меч у него был такой же, как у Тиктока (с предметкой в этом мире все весьма грустно). Скорее всего – тоже 1x6. Чтобы убить меня, ему нужно было нанести десять или больше единиц повреждения.

То есть, его буст дамага составляет не менее четырех единиц. Лжефродо сообщил, что ловкость поднимает ДПС лука на одну вторую, логично предположить, что для меча так же действует сила. Она должна быть у Тартара не меньше девяти (с учетом базовой единички). Телосложение не менее пяти. Ловкость выше нуля, и не забудем про язык, то есть, в Интеллекте у него тоже есть очки. Минут десять я прикидывал уровень Тартара и понял, что у него никак не меньше семнадцатого или восемнадцатого, а может, и выше. Если б я убил его, мне дали бы тринадцать тысяч опыта и мой уровень стал бы четырнадцатым.

Также я понял, что Тартар, сам того не желая, научил меня важной вещи. В этом мире есть другие люди, и некоторые из них куда как неприятные. Чтобы защитить себя, нужно досконально знать механику, просчитывать ходы, словно в шахматах. Простота механики позволяла делать расчеты в уме, и я неожиданно подумал, что, возможно, именно в этом кроется причина ее простодушного устройства.

Я развел костер, чем не произвел на Лжефродо большого впечатления: он явно считал очко потраченным впустую. Честно говоря, внутренне я начал с ним соглашаться. Костер – роскошь, толку от него не так уж и много. Все же мы зажарили и съели утку, после чего шли почти до самого вечера. В темноте решили остановиться, но, памятуя о тактике Тартара, костер разводить не стали и постарались спрятаться получше.