Как цари в народ ходили

Потом добавил: И команду надо поднять.

– А? Да, да…Ну и дела! А? – не отошел еще от шока дядя Миша и стал бить в рынду, висевшую рядом.

На палубу высыпала команда. В рубке появились капитан, помощник и рулевой.

– Дать свет, – скомандовал капитан Антонов.

– Не включается. Даже дежурное освещение вырубилось, – ответил ему помощник.

– Дать сигнал тревоги! – с этими словами капитан взял бинокль и стал осматривать все вокруг.

– Сигнал не работает, – поступил ответ.

– Связь со шлюзом, быстро! Бить в склянки «по тревоге»!

– Связи нет, – помощник щелкал и щелкал тумблерами и рубильниками.

– Отставить, – видя бесперспективность действий, угомонился капитан.

Все напряженно молчали. Наконец Антонов дал команду: – Помощник! Леня! Фонари на нос, корму, мачты. Ты понял, да? Действуй! Вахтенный! Дядя Миша, подойди ко мне.

– Я здесь.

– Что произошло?

Дядя Миша каким-то не своим голосом, заикаясь и путаясь, все же вымолвил кое-что вразумительное.

– Странно, – сказал капитан и, оторвав наконец бинокль от глаз, спросил: Где рупор?

Взяв в руки проверенное устройство, которым в век электроники почти уже не пользовались, дал команду:

– Всем по местам! Леня! Леня! Побыстрее с сигналами.

– Смотрите! – только и успел крикнуть Володя Пронин, устанавливающий фонарь на носу баржи. Черное небо перечеркнуло что-то похожее на молнию и ударило в шлюз. Раздался сильный удар, потом взрыв, и через миг – еще один.

– Господи! Что это? – крикнул кто-то из команды.

В это мгновение где-то там впереди, в районе гидроузла раздался и стал нарастать шум вырывающейся «из неволи» огромной массы воды.

Это и был тот самый, последний, «Миг», который на огромной скорости врезался в первые ворота шлюзов и буквально вскрыл их, как консервным ножом. Затем сработали мощные ракеты класса «воздух-воздух» и «воздух-земля» и разнесли последнюю преграду, которая удерживала эту необузданную мощь. Яркий столб огня осветил все вокруг. Капитан направил свой бинокль в ту сторону Крепко сжатый в руках прибор внимательно осматривал тело плотины и шлюзы. На плотине ни огонька, ни какого-либо движения. Будто все вымерло. Перевел взгляд снова на шлюзы. Два огромных столба огня, оставшихся по краям снесенных ворот, освещали море воды, вырывавшееся на просторы вниз по реке. «Вот они, огненные врата ада!» – подумал Антонов и, не отрываясь от бинокля, спросил:

– Леня, что с двигателями?

– Глухо, Семен Семенович. Умерли! Никаких подвижек.