Как карта ляжет

Предоставив ей такую возможность, хотела направиться в гостиную, но вспомнив, что мебели там ещё нет, вздохнула.

– Что-то не так? – по-своему истолковав мои вздохи-охи, спросил найдёныш.

– Всё хорошо, просто на меня резко снизошло озарение, что в гостиной нет мебели, поэтому придётся разговаривать здесь. И так начнём: почему… то есть как…

Рири взяла в руки салфетку, приземлилась на стул, заканчивая за меня вопрос:

– Почему я оказалась в такой жопе? – она набрала в грудь побольше воздуха, начиная свой рассказ: – если кратко, работала на некую стаю, сливала им информацию одной крупной местной фирмы, когда всё вскрылось, меня выкинули взашей.

То есть в этом городе, да и не только в городе, а во всём округе Коткару меня ху… кхе-кхе никуда на работу не берут, даже дворником. Опережая следующий вопрос, скажу – нет, уехать отсюда не могу. Во-первых, нет денег, во-вторых, если вернусь на родину, то там меня просто-напросто убьют.

– Ты из округа Рессам? – она кивнула.

При упоминании слова Рессам у любого жителя нашего славного континента, да и не только его, но и мелких, разбросанных по океану островов, в голове мигом проносится, подсвечиваемая красным неоновым огоньком, бегущая строка: «Криминал, распутство, кровь, вендетта, поля веселящих растений, разбитые по зонам влияния банд районы и толпы свободных художников».

После секундного молчания я прервала тишину:

– Ну а на Инсан и Песи тебе дороги же открыты?

– С Инсан у Коткару хорошие отношения, поэтому не удивлюсь, если и там засветится в базе моя рожа.

А в Песи пришлых недолюбливают, да и без местной прописки на работу никто не возьмёт.

И то верно. Песи, так же как Коткару по своему менталитету консервативен, но в отличие от остальных трёх округов закрыт прозрачным забором отчуждённости и манией величия. Всё население сплошь двуликие кошачьей ипостаси, да к тому же ярые верующие, наверное, только они со всего континента до сих пор культивируют шаманизм да поклонение Богине Смерти.

Возвращая блуждающие мысли к теме разговора, поинтересовалась:

– Кому ты так сильно насолила? – она долго не отвечала, превращая в труху комок из салфетки.

– Брату главаря местной стаи волков, я была его личным секретарём, считай доверенным лицом, предательства двуликие не прощают, хотя ты и сама это прекрасно знаешь.

Ох, ну и надо же было ей так вляпаться! Что в земле Рессам не сиделось? Волчья стая самая влиятельная и сильная в этой области.