Как карта ляжет

– Ты двуликая, шанс залететь от человека равняется нулю. Доктора не смогли бы это увидеть: никакие анализы, забранные с человеческой ипостаси, не выдадут твою двуликость. Раз вам не помогли врачи, почему не пошли к шаманам? Не верите в богов?

– В Инсане мало верующих. Знаешь, когда сама вера угнетает и принижает место простого одноликого в нашем мире, как-то не хочется поклоняться и молить о благосклонности.

– Создал Бог Жизни треликих, двуликих, да осталось у него ещё немного эфирного духа и состряпал он одноликих и животных.

Да так плохо те получилось, что Богиня Смерти забирала их к себе пораньше, чтобы не топтали такие уроды землю нашу. – Немного переиначив исконный текст, я процитировала записанные в веках религиозные догмы.

Марриам кивнула, мол это-то и имеет в виду. Допив, наверное, уже остывшее кофе, атеистка поинтересовалась:

– Твой зверь выздоровел? Что с ним вообще случилось?

– Почти здоров, уже откликается на зов. – Я встала, моя и убирая посуду на места, отвечала: – что случилось? Да на помойке шастала в виде зверя, бомжи заметили, видимо приняли за дикое животное, и палками меня отпиздили, пару рёбер сломали.

Ну хоть хвост не оторвали и на том спасибо.

– Сурово.

– Да ничего страшного, бывало, хуже. Потом их всех по отдельности выследила и…, – блять, рассказывать, что я им в ботинки насрала, пока они спали, некрасиво как-то.

– И дальше что?

Прокашлявшись, дабы не заржать дурниной от воспоминаний, прохрипела:

– Не помню.

Была немного трезва, то есть сильно пьяна, поэтому дальше история умалчивает. – Марриам тактично промолчала и продолжила читать газету.

* * *

Весь день делать было особо нечего. Мы с хозяйкой сидели в зале на мягком ковре и подушках за низким журнальным столиком, гоняли чаи, похрустывали крекерами, время от времени заводили разговор. Общих тем у нас на удивление оказалось много: будь то политика ведущих стай и кланов Коткару, культура Песи или современные технологии и инновации Инсана – куда ни копни, везде можно что-нибудь да обсудить.

Потом Марриам вспомнила, что у неё есть шахматы и началась битва, в которой она проигрывала насухо раз за разом, но поражение лишь подпитывало её интерес, от чего к вечеру мне захотелось взвыть и зашкериться под шкафом. Звонок в дверь освободил меня от рабства шахматной доски азартного Босса. Пришедшим оказался мужчина, вернее будет сказать, треликий-дух мужчина.