Как карта ляжет

Листаю плейлист, ищу что-нибудь максимально меланхоличное, аки реквием бездушному аппарату связи.

Выцепив подходящую песню, закрываю глаза и максимально расслабляюсь.

Тело обмякает под грузом усталости, в уши льётся приятная мелодия, начинается текст. Ох-х-х, прям за душу прищемило.

Резко стало холодно, причём не ментально, чувство иного рода, как будто на меня легла чья-то тень. Открываю глаза…

Словно крышка гроба, девушка перекрыла своим ростом небо надо мной, навскидку высится сто девяносто сантиметров красивого создания.

Плечи немного шире бёдер, тонкая талия, длинные ноги, в меру подкаченное тело – или она не халтурит в тренажёрном зале или же исправно подрабатывает грузчиком. Тёмно-русые волосы ниспадают до поясницы, мягкие черты лица, бледные губы и глаза глубокого серого цвета в обрамлении угольных от туши ресниц.

Мысленно я кивнула сама себе, решив, что меня посетило довольно приятное предсмертное видение. Что это? Чёрные дымные разводы ауры за её спиной? О, так эта симпатяга не предвестник моей скорой кончины, а представительница двуликих?

Девушка таращится на меня в ответ, что-то говорит… мне? Ни фига не слышу… Её недоумённое выражение лица: бровки домиком, глазки округлила, какая же она милашка, так и хочется погладить как большого плюшевого животного из зоопарка.

Подходит ближе, нагибается и-и-и снимает с меня наушники.

– С тобой всё хорошо? Почему плачешь? Нужна помощь? – из моих выдернутых наушников раздался припев песни: ёжи-и-ик бежи-и-ит и хохо-о-очет, ё-ё-ёжику-у тра-а-авка-а голову-у моро-о-очит, травка-а-а закончила-а-ась, ёжи-и-ик взгрустну-у-ул, к диле-е-еру-у в го-о-ости…

– А? – я уставилась на неё, – что?

– Я спрашиваю, всё нормально? Помощь нужна? – громче повторила двуликая.

– Нет, простите за беспокойство. – Пролепетала я, встала с холодной брусчатки и резко начала заваливаться вперёд, – то ли успела так сильно ноги отсидеть, то ли с голодухи.

Моё тщедушное тельце успели поймать и поднять на руки. На руки? Какого лешего?! Последняя мысль вырвалась и была сказана вслух.

Девушка спокойно ответила:

– Не беспокойся, ничего тебе не сделаю, я – альтруист, просто не могу пройти мимо, когда юная леди сидит в преддверии ночи одна на земле в мокрой одежде. – Я зыркнула на добросердечную самым злобным взглядом, что был в моём арсенале. Изгиб блёклых губ перетёк в незлобивую усмешку. – Ладно, пойдём.

– Э-э-э куда-а-а! Положи, откуда подняла! – заверещала, не заметив, как перешла на ты.