Как карта ляжет

Ликие чья вторая ипостась травоядные вполне в первом обличии за милую душу уплетают мясо, хищники же жуют траву… Единственное отличие так это срок жизни и восприимчивость к болезням…

Я конкретно загрузилась в размышлениях от его ответа. Ал ввёл ясность, ну как ввёл…

– Моя природа отлична ото всех. Даже от треликих. Я не типичный представитель ликих.

– О! Как загадочно. Ты шаман из сказок? Или мистический слуга Богов?

– Нет. Я обычный смертный. С Богами не связан.

– Обычный, но не такой, как все? Знаешь, я хоть и глупая, но в твоих словах и правда трудно уловить смысл.

Козочка принесла заказ, сморщив носик, ушла подальше. Мои десерты заняли весь столик. Начала я с черничного чизкейка.

Ал же, отпивая горячий чай, продолжил меня путать:

– Я сама природа, её посмертное воплощение.

– Давай начистоту!

Мужчина замолчал, в его глазах уловила вопрос.

– Ал, я глупая. Может, немного посообразительней Максика, но всё же умом не блещу. Твоё объяснение не помогло. Прости уж… Можно попроще? – сжала пальцы в кулачок, легонько постучала себя по головушке.

Дух приподнял на мгновение брови, по губам пронёсся намёк на улыбку.

– Проще? – Ад завис, гипнотизируя чашку чая, наверное, думал, как подать мне информацию. – Представь, что все ваши горы подверглись вырубке леса. Остались голые хребты горных пород.

Невольно вырвалось:

– Ужас!

Ал кивнул.

– Радостного мало. Представь, что после вырубки осталась эфирная субстанция. В ней витали боль, гнев, желание жить…

Померещилось, что мозги мои скрипят, прокручивая его фразы… Хрюня же даже перестала хомячить шоколадный кекс, остановилась вслушиваясь.

– Из эфира этого, претерпевая изменения на физическом и ментальном уровне, образовался плод. Из плода же сформировался дух.

– Допустим. А ты-то тут при чём? – виновато улыбнулась, потому что не хрена не поняла…

– Я и есть дух, созданный из отчаяния и мольбы вырубленного кипарисового леса.

– Ох! Твоих родителей убили ещё до твоего рождения?!

Она не догоняет – читалось ну или мерещилось в выражении недоумения на лице треликого.

Сокрушённо вздохнула.

– Прошу прощения. Мне не совсем понятно. Но! – Выставила вперёд пальчик. – Если ты в будущем расскажешь то же самое под другим углом, возможно, но не обещаю, я тебя пойму!

И тут… Ал улыбнулся! Его изящные губы изогнулись, а в уголках глаз показались морщинки. Даже кусочек сливочно-тыквенного торта офигел от увиденного и навернулся с моей вилки обратно на тарелку.