Караван мертвеца

Вождь.

– Я Луи. Друг. – И кивнул головой в сторону Сида.

– Мы рады друзьям.

– У меня есть вопросы, – обратился Сид к вождю.

– Я отвечу на них, но позже. Ты наконец-то вернулся домой, сегодня мы будем праздновать! – Хота громко перевёл свои слова остальным, и индейцы дружно поддержали предложение.

Сид посмотрел на Луи.

– Видимо, мы задержимся на пару дней. Дед любит погулять.

– Ещё как! – Вождь встал и открыл дверь наружу. – Луи, пойдем, я покажу тебе наше поселение. Сид, не отставай.

Луи последовал за индейцем.

На секунду Сид остановил его:

– Если шаман будет приставать к тебе с зельями, не пей.

– А если выпью?

– Тогда постарайся не потеряться в лесу.

– А зачем мне идти в лес?

– Слушай, просто не пей. А вообще расслабься, будет весело!

– Сид?

– Что?

– Ты же мне потом расскажешь, почему твой дед – вождь племени?

– Конечно! Правда, не сегодня.

Сид рассмеялся и вышел наружу.

Деревня скрывалась среди скал. Ночь наступила, и мгла окутала небо.

Вырубленные в камне окошки светились домашним уютом. У домов зажгли факелы. На лобном месте собирались жители. Возле большого костра доносился смех, удары барабанов, оживленные разговоры. Жители обступили гостей. Броские цвета в одежде разбавляли сумрак, и Луи чувствовал себя как в цирке. Не заметив, он и сам оказался одет в просторную и тёплую рубаху. Запястья украшали разноцветные ленточки, а на голове вместо шляпы сидел яркий венок из древесных прутьев и полевых цветов. Сид радостно обменивался рукопожатиями и обнимал старых друзей. В ритмичном танце закружился хоровод вокруг огня. Языки пламени разрезали темноту, разлетаясь тысячей искр.

В руки Луи попала чаша с жидкостью. С подозрением понюхав содержимое, он глотнул. На вкус напиток оказался смесью из лесных ягод и мяты. Алкоголя в нем не было, но голова пошла кругом от постоянной смены праздничных огней и новых колоритных лиц. Калейдоскопом засияла ночь. Музыка набирала обороты, и селение наполнилось песней.

Минутами позже Луи уже отплясывал с остальными, поднимая пыль с земли.

Вождь наблюдал за празднеством жизни, забывая улыбаться. Хмурый взгляд то и дело останавливался на кострище. Красный блеск раскаленных углей отражался в его глазах. Сид сел рядом. В руках он держал две чаши. Хота взял одну, и они выпили. После недолгого молчания Сид спросил:

– Почему ты её отпустил?

Не отрываясь от пламени, вождь устало вздохнул:

– Я и не отпускал.