Виндзорский узел

 – Скажите им, чтобы надели резиновые сапоги, – сказала королева. – Там грязно.

Трое детективов, пришедшие через десять минут на Восточную террасу, являли собой жалкое зрелище: все они были в плащах с чужого плеча и в резиновых сапогах. Младший, которого представили королеве как главного инспектора сыскной полиции Дэвида Стронга, судя по лицу, не спал несколько дней. Он возглавлял группу следователей из Круглой башни. Под глазами инспектора Стронга залегли сизые тени, на землистых щеках виднелись свежие порезы – он явно брился наспех.

Ему нужно солнце и физические нагрузки, подумала королева. Прогулка на свежем воздухе пойдет ему на пользу.

Остальные двое выглядели лучше и в представлении не нуждались. На Рави Сингха, ловкого и опытного комиссара лондонской полиции, последнее время частенько обрушивалась строгая критика из-за происшествий, к которым он не имел никакого отношения. Королеву так и подмывало пожать ему руку и выразить сочувствие, но, разумеется, она этого не сделала.

Третьим был Гэвин Хамфрис, которого в прошлом году назначили новым начальником управления МИ-5, службы безопасности, именуемой в правительственных кругах “Ящиком”[17 - Сокращение от РО Box 500 — во время Второй мировой войны это был почтовый адрес службы безопасности.

]. На этот пост претендовало два блестящих высококвалифицированных кандидата, и каждого активно поддерживали сторонники. Как обычно бывает в таких случаях, вследствие их ожесточенного соперничества из тени вышел третий кандидат, не вызвавший ни у кого возражений: это и был Хамфрис.

А возражений он не вызвал потому, что никого особо не интересовала ни его персона, ни его лидерские качества. Хамфрис принадлежал к новому поколению управленцев-технократов. Королева знавала технических специалистов, с таким пылом обсуждавших специфику киберпространства, что поневоле заслушаешься, – но Хамфрис, с которым ей не раз доводилось встречаться, пока он вяло карабкался к вершинам власти, не относился к таковым. Он не блистал ничем: серый костюм, серые способности и даже волосы какого-то мышиного цвета.

Вдобавок он был убежден, что в восемьдесят девять лет человеку уже не под силу разобраться в сложностях современной жизни. Ему, похоже, и в голову не приходило, что она десятки лет существовала в том мире, который и создал этот, современный, и, пожалуй, разбирается в нем получше многих.

Короче говоря, королеве не нравился Хамфрис. Слава богу, что есть собаки.

– Уиллоу! Холли! Идемте.